#12(23), декабрь 2007 года

Шалтай-болтай и глобальный финансовый дисбаланс

Томас ПАЛЛЕЙ, Project Syndicate

Есть старая поговорка, которая гласит: «Если у вас есть только молоток, то все вокруг похоже на гвозди». Эта присказка чудесным образом подходит для иллюстрации дискуссий о торговом дефиците США и глобальном финансовом дисбалансе, особенно учитывая тенденцию экономистов сводить большинство экономических проблем к вопросам о сбережениях. К сожалению, внимание к сбережениям искажает понимание и отвлекает от проблемы создания рынков массового потребления в развивающихся странах.
Внутри системы национальных счетов торговые дефициты представляют собой избыток в потреблении страны над производством. С бухгалтерской точки зрения логично маркировать торговые дефициты отрицательными сбережениями.
Большинство экономистов идут еще дальше, утверждая, что американский дефицит вызван недостатком сбережений. Но поскольку внешнеторговый дефицит одной страны является активным торговым балансом другой, председатель Федеральной резервной системы США Бен Бернанке призвал перевернуть традиционную логику с ног на голову. По его словам, вместо того чтобы быть результатом недостатка сбережений, американский торговый дефицит является следствием глобального избытка сбережений, особенно в Китае.
Обе истории ошибочны. Как избыток сбережений переводится на экспорт, учитывая, что семьи не экспортируют? Аналогично, если США потребляют слишком много, почему они ограничивают производство, и к чему такая мягкость на рынке труда?
Гипотезы о недостатке и избытке сбережений путают расчетные результаты с причинами. Торговые дефициты отражают операции между производителями и покупателями, и эти операции являются результатом стимулов и ценовых сигналов. Американцы покупают ввозные товары, а не товары отечественного производства, потому что импорт дешевле. Это ценовое преимущество часто является результатом обменных курсов в Китае и Японии, чья валютная ценность занижена на 25—40%. Это часто компенсирует преимущества США в производительности.
Заниженные обменные курсы – это лишь одна политика, которую проводят страны для поддержки экспорта и ограничения импорта, чтобы у них были активные торговые балансы, в то время как у их торговых партнеров, в том числе США, – дефициты. Политика, цель которой обеспечение экономического роста за счет экспорта, также включает в себя субсидии на экспорт и ограничения на импорт.
В современную эру глобализации рост за счет экспорта дополняется политикой, направленной на привлечение прямых иностранных инвестиций (ПИИ), комбинация, которая особенно успешна в Китае. Такая политика включает в себя инвестиционные субсидии, налоговые скидки и освобождение от внутренних законов.
Подобный подход способствует тому, чтобы корпорации перемещали производство в развивающиеся страны, которые получают современный производственный потенциал. Это увеличивает экспорт развивающихся стран и уменьшает их спрос на импорт. Тем временем, корпорации уменьшают производственную мощность и инвестиции в свою страну, что сокращает экспорт их государств, увеличивая импорт. Опять же Китай предоставляет явные доказательства таких моделей – почти 60% китайского экспорта производится иностранными корпорациями.
Эта история существенно отличается от гипотез о недостатке и избытке сбережений, и она ведет к иной политике. Развивающимся странам нужно расти, однако сейчас легче приобрести мощности и расти с помощью ПИИ, чем развивать внутренние рынки массового потребления. Поэтому вместо того, чтобы столкнуться с избытком сбережений, мировая экономика стоит перед проблемой упадка спроса в развивающихся странах.

Проблема заключается в том, чтобы заставить корпорации инвестировать в развивающиеся страны, но в целях производства для местных потребителей. Для этого необходимо расширить рынки в развивающихся странах, что означает – заняться решением вопросов о неравенстве доходов и попадании доходов в правильные руки. Это огромный организационный вопрос, который остается без внимания, потому что экономисты сосредоточены исключительно на проблемах сбережений и предложения.
Нормативы труда, минимальная зарплата и профсоюзы – лишь часть решения. Профсоюзы с исторической точки зрения были особенно важны, так как они участвуют в переговорах о зарплате. Правительственные расходы тоже могут помочь, но их роль ограничена. Страны, которые заменяют рыночные траты правительственными расходами, либо создают инфляционные бюджетные дефициты, либо достигают чрезмерно высоких налоговых ставок, которые уничтожают стимулы.
Однако никакое решение не возможно до тех пор, пока мы не откажемся от гипотез о недостатке и избытке сбережений и не установим связь между сегодняшним глобальным финансовым дисбалансом и неадекватным спросом в развивающихся странах. Неискренние заявления о том, что экономия – это просто обратная сторона потребления и инвестиционных расходов, являются экономическим эквивалентом аргумента Шалтай-болтая из книги «Алиса в Зазеркалье»: «Когда я использую слово, оно означает только то, что я хочу, чтобы оно означало». 

К содержанию