|
#3(26), март 2008 года Искусство стать банкротомПеред стихией рынка бессильны даже гении Книга Роджера Ловенстайна «Когда гений терпит поражение», вышедшая в московском издательстве «Олимп-Бизнес» в 2007 году, – подробная инструкция о том, как элегантно заработать миллиарды и как не менее красиво обанкротиться.
Объединившись с гениальными экономистами-математиками, включая нобелевского лауреата по экономике Роберта Мертона, Джон Меривезер создал хеджевый фонд Long-Term Capital Management (LT). Идеологией компании был объявлен глубоко рациональный закон больших чисел на рынке облигаций.
Фонд был сформирован в 1994 году. Инвесторы вложили в него 1,3 млрд. долл., при этом минимальный взнос составлял 10 млн. долл. Деньги можно было забрать лишь через три года. К торгам партнеры под управлением Меривезера приступили в начале 1994-го.
Как им удалось консолидировать первичный капитал? Ответ прост: громкие имена плюс шикарная презентация. «Каким образом вы побуждаете людей прийти к вам на прием? Вы говорите им, что у вас соберутся абсолютно все модные люди города», – сказал автору книги один из банкиров, финансировавший Long-Term.
Суть работы фирмы состояла в покупке недооцененных облигаций и продаже переоцененных, при этом возможные риски хеджировались. Нанятые Джоном ученые разрабатывали подходящие для минимизации риска модели. Первые два года работы фонда показали, что такая схема не только правильна, но и невероятно доходна. В 1995-м прибыль компании составила 43%, а в 1996-м – 41%. Минимизация рисков привела к тому, что в течение года LT не показывал убытки более двух месяцев подряд, а максимальный из них не превысил 4%. В итоге фонд быстро приобрел фантастическую популярность. Его рассматривали как золотого тельца Уолл-стрит.
Однако ученым спутала все карты Россия, вернее, дефолт 1998 года. Резкое падение компании чуть было не превратилось в крах мировых финансов. Предотвратила нежелательное развитие событий Федеральная резервная система. Под ее эгидой пул крупнейших банков практически в последний момент «жизни» LT предоставил фонду заем, выкупив фирму у партнеров-основателей.
Вот такая история. Однако книга обнажает не только хитросплетения бизнеса. «Это интерпретация вечного сюжета о конфликте разума и азарта, о несовпадении благих намерений одних с алчными интересами других. Увлекательный рассказ, притча о человеческих страстях и пороках», – говорится в аннотации.
Издатель не обманул. Несмотря на обилие биржевой терминологии, работа Ловенстайна читается как художественное произведение, а не как узкоспециализированный труд. Возможно, всему «виной» яркие параллели с украинской действительностью, то и дело возникающей по ходу повествования. Сходствах в особенностях построения фирмы, в специфике отношений по линии шеф – подчиненные и просто в нюансах человеческого общения.
«Хотя у Меривезера был личный кабинет наверху, он обычно сидел на торговой площадке за небольшим втиснутым между другими столом», – пишет автор, подчеркивая демократизм главы фирмы. Разве не так ведут себя многие отечественные молодые руководители? «Меривезер любил говорить, что никогда не брал на работу людей, которые не были умнее его». Кто скажет, что киевские офисы никогда не слышали ничего подобного?
«Меривезер пестовал своих трейдеров, постоянно возводя вокруг своей группы прочную ограду». Каждый, кто работал в большой компании, знает: почти везде есть отдел, пользующийся особыми привилегиями. Его людей не штрафуют за опоздания, им позволяют нарушать дресс-код, они не ходят на всеобщие собрания, наконец, они зарабатывают в десять раз больше остальных.
«У Группы арбитражных операций случился исключительно удачный год. Хилибранд, получивший самый большой кусок, принес домой ошеломляющие 23 миллиона. Хотя он скромненько продолжал добираться до работы поездом, вести о его заработках спровоцировали открытое проявление давно кипевших негативных чувств. Оно усугублялось тем, что ни в одном другом отделе для оплаты служащих не использовали ту же формулу, по какой платили Группе арбитражных операций», – рассказывает автор книги о нравах, царивших в Salomon – «колыбели» компании LT.
Однако всякое «особое положение» подразделения имеет и обратную сторону. Пока оно зарабатывает деньги для фирмы, все, стиснув зубы, молчат. Борьба идет разве что за передел «куска». Когда же компания начинает идти ко дну, такой отдел первым попадает под шквал критики, а затем и под расформирование.
Кроме того, обнажаются побочные действия любви руководства к своим гениям.
«На закате LT, когда скрыть правду уже было невозможно, служащие компании устроили мини-восстание. Инвестировав свои доходы в собственную фирму, сотрудники осознали: они потеряли все свои деньги. Работники потребовали у руководства признать свои ошибки, однако привычка партнеров к секретности пустила глубокие корни. На одном из собраний некий сотрудник спросил: «Объясните, почему мы должны сидеть здесь, а не искать работу?» Кто-то из партнеров ответил: «Хороший вопрос. Мы вернемся к нему». Талантливые, преданные делу работники не удостоились доверия боссов.
А что же находится между этими двумя вехами – началом взлета фирмы и ее падением? Просто бизнес. «Непреложная истина: эксплуатируй свои убытки до тех пор, пока они не обратятся в прибыль», – высказывает автор сакраментальную фразу.
Впрочем, не лишена изъяна и эта схема. Жизнь взаймы могут позволить себе далеко не все. Для этого необходимы стабильное положение фирмы-работодателя, если, конечно, можно говорить об этом в условиях капитализма, и стабильные заработки. Ведь даже такие гиганты, как Long-Term, порою не могут удержаться на плаву под бременем ссуд: подлинной причиной обвала LT стало приобретение ценных бумаг на заемные средства.
«Если у вас нет долгов, вам не грозит разорение и не придется что-либо продавать. Однако компания, занявшая деньги для ведения операций, вынуждена продавать, иначе быстро растущие убытки заставят ее уйти из бизнеса», – подробно объясняет Ловенстайн.
Есть хорошая офисная поговорка, которая очень не нравится работодателям: ищи работу уже в свой первый рабочий день на новом месте. Мол, на всякий случай. А что, если немного перефразировать это высказывание? Например, так: о банкротстве компании думай уже в первый день после ее регистрации. Выглядит не слишком оптимистично? Конечно. Однако именно такой подход может уберечь топ-менеджера от многих необдуманных действий, способных привести компанию к трагической развязке.
«Когда теряешь половину, люди рассчитывают, что, возможно, ты потеряешь и вторую половину, и начинают раскачивать рынок против тебя. Тебе конец», – цитирует автор книги одного из знакомых Меривезера.
В LT делали особый упор на диверсификацию, однако, оказывается, ее значение преувеличено. Как заметил в свое время английский экономист Кейнс, одна здравая ставка лучше многих непродуманных.
«Казус LT доказал: яйца, разложенные по разным корзинам, могут разбиться одновременно. Более того, LT сама себя дурачила, полагая, что произвела реальную диверсификацию, тогда как в действительности она была лишь формальной. По сути, LT делала одну и ту же ставку по облигациям с низкими котировками для всех мыслимых вариантов таких облигаций. Поэтому когда цикл развернулся и условия предоставления займов ужесточились, сделки компании начали рушиться, причем одновременно», – замечает Ловенстайн.
По его мнению, даже если трейдеры действуют правильно, от рынков нельзя ожидать точного соответствия математическим моделям. Даже если их авторы – лауреаты Нобелевской премии.
«Результаты бросков игральной кости предсказуемы с точностью до десятых долей. Россия непредсказуема. Вера в то, что риски будущего можно просчитать на основе цен и колебаний прошлого пронизывает буквально все инвестиционные банки и отделы операций с ценными бумагами. В этом и заключается коренная ошибка LT. Понесенные ею оглушительные убытки раскрыли порок, таящийся в самой сущности современной финансовой науки», – подчеркивает автор книги.
Украина только в начале пути – ее фондовый рынок лишь формируется. Несомненно, скоро в стране появятся свои Меривезеры. Возможно, в отличие от своих западных коллег, они не только заработают миллиарды, но и сумеют их удержать. Им будет проще справиться с этой трудной задачей, если они не забудут одну важную вещь: иногда даже гении терпят поражение. И лучше пережить этот момент не в реальной жизни, а за чтением книги.
|
 |
