#5(28), май 2008 года

Сколько стоит банкротство

В последние месяцы многие руководители получили финансовые «индульгенции». СЕО, под руководством которых компании потеряли миллиарды, обрели вознаграждение в десятки миллионов. ФРС завалила банки и брокерские организации дешевыми кредитами. Дыхание перехв

Джеймс СУРОВЕЦКИ, New Yorker

Причиной тому служит закон, принятый Конгрессом в 2005 году, согласно которому списать долги простому человеку теперь почти невозможно. Объявить банкротство стало намного дороже. В то время как малообеспеченным гражданам все еще могут списать долги в обмен на активы, люди со средним и высоким уровнем доходов теперь, прежде чем сбросить груз, обязаны ежемесячно рассчитываться с кредиторами в течение пяти лет.
Исторически США снисходительно относились к должникам. Однако представители отрасли кредитных карт – лоббисты нового акта – настаивали, что терпимость привела к «кризису» банкротств: с 1980-го по 2003 год число разорений в США возросло впятеро. Безответственные должники, как утверждалось, покупали плазменные телевизоры, туры на модные курорты и затем объявляли о своей несостоятельности, чтобы избежать уплаты долгов. А всем остальным приходилось их содержать, погашая завышенные процентные ставки по кредитным картам, чтобы компании-эмитенты могли покрыть ежегодные списания в миллиарды долларов. Президент Буш утверждал, что ужесточение законодательства о банкротстве увеличит объемы доступного кредитования, и все мы станем жить лучше.
Оправдались ли эти слова сегодня? Все зависит от точки зрения. Данный закон на самом деле резко сократил число банкротств – за период с 2004-го по 2006 год оно упало на 62%. Должны быть довольны и эмитенты кредитных карт – их прибыль за 2005-2007 годы возросла на 30%. Однако всем остальным закон не дал ничего. Вопреки обещаниям, процентные ставки и сборы по кредитным картам остались на том же уровне. А должникам теперь приходится особенно тяжело: многим банкротство стало не по карману. Как ни странно, можно быть слишком бедным даже для уплаты заявочной пошлины, другие же должники не соответствуют необходимым условиям. Им придется либо пять лет носить кредиторам свою зарплату, либо скрываться от сборщиков долгов, пока на их карточки будут начислять проценты и пеню за несвоевременный платеж.
Кто-то скажет: ну и что? Даже если причинами банкротства иногда и становятся невезение или экономический спад, эти проблемы всегда преследуют людей, которые живут не по средствам, и почему они должны выйти сухими из воды, тогда как все остальные исправно платят по счетам? Это справедливый вопрос, но ведь есть и причина, по которой мы отказались от долговых тюрем: миллионы граждан, ставшие рабами своих долгов, плохо влияют на экономику. Закон говорит, что должникам придется выплачивать высокую надбавочную пеню, которая пойдет прямиком в карман компаний-эмитентов кредитных карт. Это отбивает у банкротов всякое желание работать, ведь чем больше они получат, тем больше придется заплатить. К тому же это снижает покупательскую способность – не лучшее, что может случиться во время кризиса.
Усложнение процесса списания долгов по кредитным картам имеет и другие изъяны. Раньше люди были готовы пойти на все, лишь бы вовремя выплатить взнос за купленный в кредит дом, даже если для этого приходилось просрочить выплаты по другим долгам. Однако, по сообщениям экономистов, за последние годы возросло число людей, которые просто покидают свои жилища, так как сейчас зачастую легче отказаться от ипотеки, чем от кредитной карты. У этого явления даже появилось название – «звенящее письмо», потому что ключи обычно просто отсылаются назад в конверте по почте. Возможно, новый закон усугубил кризис на жилищном рынке.
У жестких законов о банкротстве есть и долгосрочные недостатки. В прошлом снисходительная позиция Америки к банкротству поощряла частное предпринимательство – прогорев, можно было легко начать все сначала. Исследования показывают, что более 15% банкротств частных лиц происходят из-за неудач в собственном бизнесе. В статье Джона Армора и Дугласа Камминга обнаружена тесная взаимосвязь между государственными законами о разорении и уровнем частного предпринимательства: чем либеральнее законы, тем больше вероятность, что граждане будут начинать работать на себя. Именно поэтому Великобритания и ЕС смягчают свои законы о банкротстве. Ужесточая наши законы, мы отбиваем у людей желание инвестировать в собственное дело и стремление осваивать новые отрасли. Конечно, в итоге прогорит меньше фирм, но ведь и меньше из них добьется успеха.
Несомненно, даже получая возможность начать все сначала, люди все же должны возвращать свои долги. И если в Соединенных Штатах действительно случился кризис, то в ужесточении законов, возможно, и был смысл. Однако все обстояло иначе: число банкротств росло, но на экономику в целом это никак не влияло. Она быстро развивалась, порождая миллионы новых предприятий и рабочих мест. Сами компании-эмитенты кредитных карт также были не в обиде: за период с 1995-го по 2004 год, когда число банкротств удвоилось, их прибыли выросли почти втрое. В борьбе с мнимой угрозой мы добились того, что экономика стала менее гибкой и динамичной. И теперь, с наступлением тяжелых времен, мы можем стать свидетелями настоящего кризиса банкротств, но ответственность за него будет лежать уже на плечах Конгресса. 

К содержанию