#5(28), май 2008 года

Падение доллара и национальная безопасность

Глава американских спецслужб ежегодно выступает перед специальным комитетом Сената по делам разведки с докладом о потенциальных угрозах, с которыми сталкивается страна

Джуди ШЕЛТОН, Wall Street Journal

Их список предсказуем: международный терроризм, распространение ядерного оружия и региональные конфликты. В этом году к ним добавилась довольно неординарная угроза: падение доллара.
В отчете директора национальной разведки Майкла Макконнела поднимаются не только вопросы, которыми традиционно занимаются спецслужбы. Чиновник указал на проблемы, связанные с финансовым потенциалом России, Китая и стран ОПЕК, а также «возможным использованием их рынков в качестве финансового инструмента для решения политических задач». Макконнел отметил, что слабость доллара способна повлиять на национальную безопасность. «В связи с ослаблением доллара некоторые нефтедобывающие страны – Сирия, Иран и Ливия – требуют, чтобы с ними расплачивались в других валютах. А Кувейт отказался от привязки своей валюты к доллару», – указал он.
Нечасто слышишь, когда вице-адмирал в отставке и ветеран разведывательного сообщества ведет себя так, словно он работает в брокерской конторе. Однако Макконнел явно усматривает здесь угрозу. «Если беспокойство в связи с падением доллара не развеется, у других крупных нефтедобывающих стран может возникнуть искушение последовать их примеру», – говорит он.
Пришло время другим вашингтонским чиновникам, в том числе кандидатам в президенты, обратить внимание на падение доллара, пока оно не переросло в полномасштабный валютный кризис с негативными геополитическими последствиями. Что случится, если крупнейшие нефтедобывающие страны откажутся от доллара и создадут собственный валютный союз?
Сегодня, когда Пентагон подчеркивает важность восстановления социальной и экономической стабильности в разоренных войной странах в качестве предпосылки прочного мира, нам следует уделять особое внимание устойчивости валюты как средству укрепления доверия. Доллар – это наш важнейший невоенный инструмент влияния на планете. Мы не можем позволить себе игнорировать ситуацию с ослаблением доллара, отказываясь, таким образом, от его статуса главной мировой резервной валюты.
Речь идет о вопросах глобальной энергетической безопасности. Россия не делает секрета из своих намерений превратить рубль в одну из мировых резервных валют. Президент Путин, обрисовывая свои стратегические задачи на ближайшие 12 лет, заявил, что Россия должна превратиться в «один из мировых финансовых центров». По его мнению, это было бы естественно, поскольку золотовалютные резервы страны достигли 484 млрд. долл. Раньше он призывал вести расчеты по экспортным нефтегазовым поставкам в рублях. После инаугурации в мае этого года выбранного Путиным преемника Дмитрия Медведева можно ожидать ужесточения увязки российских энергетических поставок с определенными валютными требованиями по отношению к странам-реципиентам.
Возможно, лавинообразный отказ от доллара уже назревает. Ожидается, что в ближайшие месяцы из-за намеренно завышенного курса юаня сократится экспорт китайских потребительских товаров в США. Одновременно увеличатся расходы Китая на закупку российской нефти и газа. Медведев, занимающий наряду с другими должностями и пост председателя правления «Газпрома», недавно заметил, что доллар не застрахован от глобального кризиса. «Может сложиться ситуация, когда мы с Китаем и другими азиатскими странами будем говорить о возникновении региональной резервной валюты. Не исключено, что эта роль достанется юаню, но в наших интересах, чтобы ею стал рубль», – сказал Медведев.
Если бы объем золотовалютных резервов был достаточным основанием для глобальных амбиций в валютной сфере, Китай претендовал бы на многое. По этому показателю он занимает первое место в мире, накопив к декабрю 2007 года 1,7 трлн. долл. Следом за ним идет Япония: ее запасы составляют 973 млрд. долл. Если же сложить золотовалютные резервы стран ЕС вместе с деньгами ЕЦБ, то третье место займет объединенная Европа с 511 миллиардами.
Россия отстает ненамного. Причем, помимо значительных валютных резервов, которые только в прошлом году возросли на 57%, и тревожно сильного влияния на энергетических рынках, она обладает значительным военным потенциалом. Собственно, никто и никогда не пытался по-настоящему сдерживать военную мощь Москвы. Ее потенциал в этой области был ограничен, когда Россия с трудом преодолевала коммунистическое прошлое и стремилась войти в число демократических государств.

Сегодня Россия наращивает военную мощь угрожающими темпами – строит стратегические бомбардировщики, атомные подлодки, межконтинентальные баллистические ракеты. Возможно, Путин рассматривает армию как важное дополнение к международному влиянию в других сферах. Как иначе можно объяснить недавнее вторжение российского боевого самолета в воздушное пространство Японии, заставившее японцев срочно поднять в воздух 22 истребителя и предъявить Москве энергичную ноту протеста? Нарушитель – бомбардировщик Ту-95 «Медведь» – способен нести крылатые ракеты, в том числе с ядерными боеголовками.
Японская пресса писала, что вторжение мог спровоцировать состоявшийся двумя днями ранее митинг в Токио с требованием вернуть четыре острова, захваченные Россией в последние дни Второй мировой войны. И у России, и у Японии есть немало стимулов для разрешения этого давнего территориального спора: японцы стремятся получить более широкий доступ к российским энергетическим поставкам, а россияне нуждаются в притоке японских капиталов для развития Дальнего Востока.
Всего за три дня до инцидента с российским самолетом премьер-министр Японии Ясуо Фукуда заявил, что получил от российского президента письмо с предложением начать переговоры об урегулировании проблемы островов. Фукуда планирует посетить Москву в мае. Он убежден, что выработка совместного решения по этому вопросу выведет российско-японские связи на новый уровень. Если Фукуда подождет с приездом до 9 мая, он сможет присутствовать и на церемонии инаугурации Медведева, и на военном параде в советском стиле – впервые с 1990 года планируется вывести на Красную площадь боевую технику.
Эту грубоватую тактику «кнута и пряника» не назовешь неэффективной. Однако она небезопасна, особенно если учесть, что ее автор демонстрирует явную склонность чаще применять кнут.
Падение доллара подпитывает опасения относительно экономического кризиса в США и придает правдоподобие эгоистическим заявлениям об ослаблении влияния Америки на мировой арене. Однако доллар нельзя укрепить дальнейшим снижением процентных ставок или налоговыми стимулами, ведущими к инфляционному росту потребления. Чтобы вернуть себе позицию обладателя самой надежной в мире валюты, нам необходимы более радикальные шаги.
Пришло время покончить с мировым валютным беспорядком. В сфере международных валютных отношений нам следует выступить с новой инициативой, не уступающей по масштабу Бреттон-Вудскому соглашению 1944 года. Мы должны руководствоваться теми же стремлениями, что вдохновили его архитекторов – Джона Мэйнарда Кейнса и Гарри Декстера Уайта – на строительство фундамента надежды в мире, склонном к насилию. Создание глобальной валютной системы, основанной на общепризнанном монетарном активе – по объему золотых резервов США занимают первое место в мире, – позволит не только противодействовать натиску Москвы, но и превратит угрозу национальной безопасности в великолепный шанс. 

К содержанию