#10(33), октябрь 2008 года

Россия Европы

Владимир Путин положил конец европейскому порядку пост-«холодной войны».

Иван КРАСТЕВ, Project Syndicate

А вторжение России в Грузию лишь зафиксировало этот переход. Из войны Россия вышла переродившейся державой 19 столетия, бросив вызов интеллектуальному, моральному и институциональному порядку.
Россия и Европейский Союз сегодня имеют резко противоположные точки зрения относительно причин неустойчивости Евразии. Если Запад не перестанет игнорировать проблемы России и продолжит расширение НАТО на постсоветском пространстве, то это снова приведет к появлению политики сфер влияния в Евразии. Однако разрыв с политикой 1990-х годов также таит в себе серьезные риски, поскольку ЕС не является и не может быть традиционной великой державой, и поскольку слабость Запада может закончиться возрождением и поощрением российского реваншизма.
Несмотря на то, что в ближайшее десятилетие Россия останется региональной державой и глобальным игроком, она вряд ли станет либеральной демократией, и любой пересмотр политики ЕС по отношению к Москве должен это признавать. Европе также необходимо понять, что Россия имеет законные основания беспокоиться об асимметричном влиянии окончания «холодной войны» на ее безопасность. Кремль почувствовал, что его предали в ожиданиях относительно демилитаризации Центральной и Восточной Европы по окончании «холодной войны». В то время как расширение НАТО не подразумевало никаких реальных угроз безопасности России, оно изменило военный баланс сил между Россией и Западом, что способствовало ревизионизму Кремля.
Еще одна причина беспокойства относительно будущих отношений – это контрастирующая природа политический элиты России и Европы. В отличии от советских деятелей – бюрократичных, враждебно настроенных к рискам и компетентных в международных отношениях, новая российская элита чрезвычайно уверена в себе, склонна к риску и очень богата. Европейская политическая элита, члены которой сделали карьеру на компромиссах и избегании конфликтов, не знает, что с ней теперь делать.
Действительно, в то время как новая напористая внешняя политика России – смесь из недавно обретенной силы и ненадежности, а также меркантилизма и мессианства – представляет собой реальную угрозу для Европы, Запад, похоже, не желает заняться проблемой европейского порядка. Он отклоняет призывы Медведева создать новую архитектуру безопасности и критикует попытки России пересмотреть Договор об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), поскольку это якобы привело бы к отступлению от достижений 1990-х годов. Насколько верно подобное суждение?
Нынешний европейский порядок возник на руинах таких учреждений «холодной войны», как ДОВСЕ и ОБСЕ. Он был сформирован расширением ЕС на восток, чтобы помочь воссоединению Европы. Таким образом, на повторное изобретение институционального фундамента Европы не было оказано никакого давления, поскольку расширение ЕС и было институциональным фундаментом нового европейского порядка. ЕС сказал: «Если вы ведете себя так же, как мы, то вы станете одним из нас».
Однако сегодня игра изменилась. ЕС больше не может выступать гарантом статус-кво пост-»холодной войны», не рискуя при этом разрушить существующую институциональную инфраструктуру Европы. В интересах Союза инициировать привлечение России. Главная цель ЕС должна заключаться в сохранении отличительного характера европейского порядка, основа которого – главенство прав человека и правовых норм. Он должен предотвратить возвращение политики раздела сфер влияния в Евразии, а не расширять свою сферу влияния. Соседи России – демократичные и недемократичные – являются в этом усилии естественными союзниками Европы.
Состязательная природа российского режима – капиталистического и недемократичного, европейского и настроенного против ЕС – требует такой стратегии. ЕС должен сосредоточиться на двусмысленности официальной доктрины России, называемой «суверенной демократией», и использовать тот факт, что внутренняя законность российского режима основывается на стремления вернуть Россию в европейскую цивилизацию. Да, Россия Путина не мечтает о вступлении в ЕС, но ее стабильность зависит от сохранения европейской природы его режима. Путин обещает россиянам не только восстановление статуса великой державы, но и европейский уровень жизни. Россия готова и желает противостоять Европе и Западу, но она не хочет и не может поворачиваться спиной к Европе.
Если стратегия России заключается в том, чтобы разрушить ЕС, опираясь на двусторонние отношения с государствами-членами, то приоритет ЕС должен состоять в позиционировании себя в качестве единственного партнера для ведения переговоров с Россией. Создание институциональных стимулов для единства ЕС помогло бы Европе преодолеть асимметричную взаимозависимость в ее отношениях с Россией. Например, преобразование ОБСЕ в политический форум, в котором Союз представляют его государства-члены, стало бы таким типом институциональной инновации, которая смогла бы блокировать усилия России, направленные на раскол ЕС.
Евросоюз и США должны перестать делать вид, что они могут трансформировать Россию, или что они ее могут просто игнорировать. Однако ЕС, вместе с тем, не должен позволять России доводить все до состояния доброжелательного несоответствия.

К содержанию