#11(34), ноябрь 2008 года

Китайцы спасают Америку

Пройдет много месяцев, прежде чем уляжется пыль и можно будет поговорить о новом миропорядке

Дэвид ИГНАТИУС, Washington Post

Теперь мы все китайцы. Формально у нас капитализм, но когда дела идут туго, мы не доверяем свободному рынку и частной инициативе, а просим государство защитить нас и обеспечить стабильность.
Новая идеология интервенционизма отдает не столько социализмом, сколько конфуцианством – из-за веры, что мудрецы помогут рас-
хлебать заваренную нами кашу. Если вас это утешит, китайцы тоже стали похожи на нас, наше с ними уподобление – взаимно.
Генеральную репетицию случившейся драмы с рекапитализацией банков правительством провели еще в августе 1998 года в Гонконге после биржевого кризиса. Китайские власти, борясь с последствиями бури на рынке, скупили слабеющие акции, расплатившись деньгами налогоплательщиков. В общей сложности правительство потратило 15,1 млрд. долл. и приобрело 7,3 % компаний с «голубыми фишками», отмеченных в биржевом индексе Hang Seng.
Адвокаты свободного рынка на Западе пребывают в шоке от государственного вмешательства и объявили этот случай опасным прецедентом. Однако гонконгский рынок удалось стабилизировать. На фоне нынешних событий тот инцидент побледнел, ведь теперь произошла квазинационализация ведущих банков мира.
Китайцы по-прежнему осторожно относятся к рынку, хотя капитализм в их исполнении привел к беспрецедентному росту и благополучию. Китай формирует бюджет с большим профицитом, вводит нечто вроде системы принудительных сбережений для населения и не тратит новоприобретенное богатство. Несмотря на давление извне, Пекин отказался провести переоценку национальной валюты в сторону повышения, опасаясь негативных последствий.
Несколько лет назад один работник центрального банка Китая сказал, что причиной феномена «потерянного десятилетия», то есть постоянной стагнации японской экономики, было то, что власти позволили иене расти слишком быстро в условиях экономического бума. Китай не собирается повторять ошибку Японии. Неприемлемой показалась китайцам и российская модель «олигархического капитализма» 1990-х: слишком грубо, слишком рискованно.
Пройдет много месяцев, прежде чем уляжется пыль и можно будет поговорить о новом миропорядке. Впрочем, любимый многими футуролог Питер Шварц из Monitor Group полагает, что вскоре сменится политико-экономическая парадигма. «Мы сделали большой шаг в сторону от демократического капитализма», – заявил он.
Нужно покончить с «Бреттон-Вудской системой-2» – одним из источников нестабильности в мировой торговле. Эта система означает, что Китай и прочие страны Азии имеют профицит бюджета и финансируют дефицит американской казны. Они скупают облигации минфина, то есть финансируют наше чрезмерное потребление. Так были сформированы огромные пулы капитала, блуждавшие по миру. Из-за этого понизилась процентная ставка, что побудило инвесторов работать с чрезмерным риском.
«Бреттон-Вудская система-2» должна уступить место чему-то более стабильному. Попросту говоря, надо, чтобы Китай потреблял больше, а США – меньше. Сделать это нелегко. После бурных событий последних месяцев Пекин будет еще в меньшей степени согласен подвергаться рискам мировых рынков и сосредоточится на росте внутреннего рынка и потребления, а не на повышении экспорта. Тем не менее Китай и Штаты по-прежнему нужны друг другу – пожалуй, даже больше, чем когда-либо.
Добрый знак: китайцы начали повышать долю частного владения, несмотря на то, что американцы и европейцы ее понижают. Пекин объявил о крестьянской реформе, которая позволит миллионам хозяйств лично владеть землей. Это создаст громадный запас частного капитала, повысит внутренние расходы и укрепит рост.
Большая паника 2008 года сказалась на всех. Теперь никто не хочет жить, как на вулкане, и зависеть от капризов рынка. Нам нужна гибкость и динамичность, дать которую может лишь капитализм. Однако мы также нуждаемся в защите, системе гарантий для нас и наших семей – на тот случай, если рыночная система даст сбой.
Богатые граждане с презрением относятся к простой человеческой потребности в защите, но только тогда, когда у них все хорошо, а в помощи нуждаются лишь бедняки. Кто же теперь станет слушать громовые речи о самодостаточности и «школе тяжелых ударов», произносимые банкирами и воспитанниками трастовых фондов? Их самих пришлось выручать. К худшему это или к лучшему, но теперь мы все – китайцы, и все едим из одной плошки. 

К содержанию