#12(35), декабрь 2008 года

Америка охвачена упадническими настроениями

Если вы настроены поболтать об упадке Америки, то университет Texas A&M – не самое подходящее для вас место

Гидеон РАХМАН, Financial Times

Здешние выпускники отправляются в армию чаще, чем в каком-либо другом вузе. Здесь по кампусу шагают офицеры военной кафедры в гладко отутюженной форме и высоких кожаных сапогах, друг с другом здороваются отрывисто, по-военному. В Техасе мучительные самобичевания не в чести, нет здесь и кризиса самоуверенности.
Однако недавно Scowcroft Institute of International Affair при Texas A&M провел конференцию, посвященную последним выводам, к которым пришли представители высших интеллектуальных кругов о будущем мира. Раз в четыре года Национальный разведывательный совет (НРС) – организация, шефствующая над всей пестрой коллекцией разведывательных агентств США, – публикует отчет о мировых тенденциях и передает его новому президенту.
Новое сообщение содержало тезисы, достойные первых полос прессы. Британская газета Guardian вышла с заголовком «2025-й – год окончания американской гегемонии». Журналисты придумали достаточно точный заголовок. Как заметили в НРС, «наиболее резкое отличие» нового отчета от предыдущего состоит в том, что теперь нам предстоит жить в «мире, где США играют важную роль, но не являются единственной глобальной силой». А четыре года назад был дан прогноз «непрекращающегося господства Америки».
Люди вскакивали с мест, прочитав сообщение, ведь оно исходило из центрального органа безопасности! Впрочем, отчет отражает общее настроение американской интеллектуальной элиты, которое можно назвать «новым упадничеством». Для подобного настроения характерен полный отказ от агрессивно-самоуверенного мышления администрации Буша и от концепции «однополярного мира». Его отправной точкой является убежденность, что Америка – пока еще самая сильная страна в мире – начала приходить в упадок.
Этому способствовали три важных события. Во-первых, война в Ираке и Афганистане подточила уверенность, что военное превосходство США неизменно приводит к победам и на политическом фронте. Во-вторых, подъем Китая и Индии говорит, что дни США как величайшей экономической державы мира сочтены. Наконец, в-третьих, финансовый кризис своим приходом подкрепил убежденность, что американцы живут не по средствам, а сама американская модель изначально содержит в себе некий изъян.
Мрачные настроения отразились и в речи, с которой обратился к участникам конференции сам генерал Брент Скаукрофт. Он вернулся в институт, который был назван в его честь. По словам генерала, США после «холодной войны» очутились в положении мощнейшей державы, и это «вскружило голову». «Мы попользовались силой, а потом оказалось, что хватило ее ненадолго», – отметил он.
Теперешнее осознание своего стесненного положения отражается и во многих публикациях. Пожалуй, самый глубокий след оставил труд Фарида Закарии «Постамериканский мир». Говорят, это единственная книга о международных отношениях, прочитанная Бараком Обамой в этом году. И хотя Закария стремится представить все так, будто Китай, Индия и «остальные» не представляют угрозы для США, все же никак не получается уйти от вывода: годы правления Буша были апогеем могущества Америки.

Еще одна заметная книга – труд профессора и историка Эндрю Басевича «Пределы могущества». Консерватор, потерявший сына в иракской войне, пишет, что мощь США не соответствует амбициям, рожденным самодовольством и ханжеством. А Ричард Хаасс, руководитель Совета по внешним сношениям, старейшина внешнеполитического истеблишмента, отмечает: «Однополярный мир Соединенных Штатов Америки перестал существовать».
Впрочем, как сказал на конференции НРС Уильям Уолфорт из Дартмутского колледжа, Штаты не первый раз вступают в полосу пессимизма. Нынешние дискуссии напомнили ему настроения, звучавшие после публикации в 1988 году книги Пола Кеннеди «Взлет и падение великих держав». По мнению автора, все сильные государства прошлого слабели из-за «имперского перенапряжения». Эти слова отдались эхом в умах людей, встревоженных дефицитом бюджета и растущей экономической мощью Японии.
Однако настроения, испытываемые Кеннеди, быстро развеялись, стоило лишь нам победить в «холодной войне», а Японии потерять целое десятилетие в экономической гонке. Помог и бум новых технологий, пришедшийся на эпоху Клинтона. Все это возродило американский дух и способствовало наступлению эры бушизма.
Как ни странно, в начале «холодной войны» многие боялись проиграть СССР. Вьетнамская война тоже вызвала кризис веры в себя. Ричард Никсон сказал тогда, что страна может оказаться в положении «жалкого великана». В 1980-х вызов американскому могуществу бросила Япония, теперь это сделал Китай.
Профессор Уолфорт утверждает, что сообщение НРС отражает «перемену настроения, а не реального соотношения сил». По его словам, находящиеся на подъеме страны далеко не всегда достигают пика, а экономическое могущество далеко не всегда свободно конвертируется в политическое.
Все это верно. Однако есть основания полагать, что теперешние упаднические настроения имеют под собой более серьезные основания, нежели все предыдущие. Китай поставил рекорд устойчивого динамичного роста, чего Советский Союз сделать не смог. Кроме того, благодаря своим огромным размерам Китай производит впечатление сильного противника, в отличие от небольшой Японии. Как говорится, почувствуйте разницу. 

К содержанию