|
#2(38), октябрь 2009 года
Впереди нас ждут трудные и опасные времена. Для компаний они станут главным испытанием на прочностьДжонатан ГАТРИ, Financial Times  Я имею в виду не рецессию, этим уже давно никого не удивишь, а статью под названием «Банк опасается восстановления экономики». Речь идет о том, что, хотя в экономическом спаде есть положительные стороны для одних фирм, последующий за ним подъем может стать губительным для других. Эта статья немного преждевременна. Для большинства компаний признаков возврата к лучшим временам пока нет. «Мы все еще на самом дне», – говорит опытный предприниматель Джон Тимпсон, владелец сети магазинов товаров для дома. Однако журналисты всегда спешат с новостями или собственным взглядом на них. Мы похожи на гостей, которые приезжают раньше всех, когда хозяйка еще укладывает волосы, съедают все самое вкусное и отчаливают, когда начинаются танцы. Поднявшийся на 6% с начала 2009 года фондовый рынок демонстрирует схожие тенденции. Продолжение
Пока мировой кризис приближается к своему дну, политическая фрустрация только усугубляется. Нижняя точка краха – это последний шанс провести значительные преобразования, и такая возможность может быть упущенаГарольд ДЖЕЙМС, Project Syndicate  Как отметил в 2008 году Рам Эммануэль, глава Администрации президента Обамы, кризисное время не должно тратиться впустую. Бедствия дают повод к размышлению о способах сделать мир существенно лучше, а также о методах пре- дотвращения будущих кризисов. Иногда, впрочем, размышляя чересчур много и усердно, люди приходят к противоположным и противоречивым выводам. Обилие диагнозов усугубляет кризис. Политические страсти, вызванные столкновениями разных интерпретаций, делают его неразрешимым. Именно такие конфликты превратили Великую депрессию 1930-х годов в столь мрачный период. Методы борьбы с кризисом делятся на две категории. Первый тип относится к поиску решений через реформу институтов экономики и удаление извращенных стимулов. Второй, более радикальный подход, предусматривает изменение не экономики, а представлений людей о собственной жизни.
Продолжение
По мере того, как «зеленые ростки» восстановления экономики, которые многие увидели этой весной, вянут, стали появляться вопросы относительно качества политики перегрузки экономики с помощью внешних финансовДжозеф СТИРЛИЦ, Project Syndicate  Этот вопрос был бы целесообразным, если бы кейнсианскую модель таки испытали. По сути, нам теперь нужна еще одна доза финансовых стимулов. Если мы ее не получим, то следует ожидать еще более длительного периода, в течение которого экономика будет работать с отрицательными показателями и высоким уровнем безработицы.Администрация Обамы выглядит изумленной и разочарованной высоким уровнем безработицы, который, к тому же, продолжает расти. И это несмотря на то, что у нее нет повода для удивления. Все это было достаточно предсказуемым.Реальный успех применения стимулов – это не фактический уровень безработицы, а то, какой безработица была бы без них.Вашингтон ясно давал понять, что он создаст на 3 млн. рабочих мест больше, чем было бы создано без его участия. Проблема в том, что финансовый кризис настолько сильно ударил по экономике, что даже огромных финансовых стимулов оказалось недостаточно. Продолжение
Рыночный обмен – прямые сделки между торговцами и клиентами – возник три тысячи лет назад. В этих новых социальных условиях клиент мог купить все, что хотел, когда хотел и у кого хотел, часто торгуясь с продавцом о ценеМишель РОКАРД, Project Syndicate  Из-за этих особенностей рынок стал частью основных свобод, которые укоренились в повседневной жизни. Он господствует и сейчас, поскольку все попытки создать альтернативу, включая тоталитаризм, провалились. Действительно, прошло 20 лет с тех пор, как бывшие коммунистические страны Восточной Европы вступили в мир рыночного обмена – шаг, который уже был сделан в 1946 году социал-демократами во всем мире. В течение нескольких тысяч лет свободный рынок состоял из отдельных людей: мастеров, торговцев и потребителей. Капитализм, когда он появился триста лет назад, был всего лишь тем же видом деятельности в более крупном масштабе. Благодаря паровым двигателям и электричеству большее количество людей получили возможность работать вместе, а корпорации смогли привлечь множество небольших вкладчиков, которые стали капиталистами.Это потрясающая система. Ко времени Французской революции уровень жизни повысился в два раза, начиная с Римской империи. Сейчас он выше в 150 раз.
Продолжение
Крис МАРТЕНСОН  Федеральный резерв монетизирует долг государственного казначейства США и делает это открыто, как посредством $300-миллиардной программы по покупке государственных казначейских обязательств, так и исполняя трюк на ловкость рук, который бы заставил покраснеть уличного мошенника. Этот отчет представит некоторые технические детали, чтобы осветить сложный вопрос, но вам необходимо время на ознакомление с ним, потому что понимание того, что таится в будущем, жизненно важно. Один из наиболее важных вопросов дня касается того, как доллар будет себя чувствовать в предстоящие месяцы и годы.Если вы работаете за зарплату, необходимо знать, должны ли вы сберегать или тратить эти деньги. Если у вас есть активы – решение, куда вы вкладываете деньги, жизненно важно и может привести либо к относительно приятному, либо к тягостному будущему. Если вас сколько-нибудь интересует, как будут меняться процентные ставки в будущем, вы также захотите понять эту историю Продолжение
Выходить из финансового кризиса, как и из неловкой ситуации, нужно вовремя Financial Times  В1936–1937 годах ФРС допустила в своей «стратегии выхода» колоссальную ошибку. На этот раз особенно важно, чтобы расчет центральных банков был точен. Семьдесят три года назад ФРС опасалась, что банки, накопившие крупные резервы в ФРС, используют их для выдачи займов. По мнению регулятора, это могло привести к неуправляемому расширению кредитной эмиссии. Чтобы поглотить средства банков, ФРС подняла резервные требования. Ужесточение кредитно-денежной политики остановило бурное восстановление экономики, начавшееся в 1933 году, и ускорило один из самых глубоких в истории спадов 1937–1939 годов. Сегодня источником беспокойства стали 700 млрд. долл. излишних резервов, накопленные ФРС и другими центробанками. Специалисты опасаются, что эти средства могут вызвать инфляцию. В США участники рынка не ожидают роста потребительских цен в следующие десять лет. Однако в конце 2008 года и начале 2009 года на рынках опасались, что американскую экономику охватит дефляция. Продолжение
«Китайская промышленность будет развиваться и дальше. В нее вложено столько, что она просто не может остановиться. Однако она будет медленной, нестабильной и расточительной», – заметил американский инженер, который учДжон ТАММИ, RC  За последний год роль правительства в экономике изменилась коренным образом. По большому счету, экономика США никогда не была полностью свободной, но сейчас все чаще и чаще слышится мнение, что у частных предприятий должна быть возможность вести дела без правительственного надзора. Такие представления во многом изменились, когда правительство стало помогать крупным компаниям и занялось бюджетным стимулированием. Эти шаги должны были поддержать экономику, рост которой, по мнению экономистов, остановился. Подобная практика, получившая название «новая норма», подразумевает оригинальное мышление. Следуя ему, предприятия должны обращаться к правительству не только за средствами к существованию, но и за четкими предписаниями, как вести дела. Свидетельства о том, что коммерческой отрасли навязали новый вид промышленной политики, появляются в газетах каждый день. Продолжение
У Джона Тейлора есть аргументы для спора с экономистами, утверждающими, что Бен Бернанке игнорирует базовый принцип определения учетных ставок. Кому это знать, как не Тейлору: он автор этого правилаМайкл МАККИ, Bloomberg News Экономисты из Goldman Sachs, Macroeconomic Advisers, Deutsche Bank и даже Федерального резервного банка Сан-Франциско настаивают, что, согласно правилу Тейлора, которое помогает определить точный уровень учетных ставок, регулятор должен намного активнее стимулировать экономику. По словам Тейлора, его критерий показывает как раз обратное: политика ФРС адекватна, руководство центробанка поступает правильно, обдумывая пути изъятия беспрецедентных финансовых стимулов, а критики, которые с этим не согласны, превратно толкуют его правило. Оно создано для определения учетной ставки, которая будет лучше всего способствовать росту экономики, не вызывая при этом инфляции.
Продолжение
Provocator, www.worldcrisis.ru  В соответствии с построенной мной моделью управляемого мирового кризиса, после мощной девальвации доллара в первой, спекулятивной, фазе я ожидал начала цикла укрепления американской валюты во второй – фазе экономического спада в США, который должен был начаться в январе 2008-го, но начался примерно на 3 месяца раньше. Для этого ФРС, по задумке, должна была проявить спартанский стоицизм и ограничиться чисто декоративным снижением ставки на 0,25–0,5%. Соответственно, последующее торможение инфляции в США и начало коррекции на товарных биржах запустили бы процесс укрепления доллара. Это, в свою очередь, должно было переориентировать глобальные капиталы, выходящие из рискованных активов, на долларовые инструменты – бумаги казначейства и банковские депозитные сертификаты, причем этот интерес только усиливался бы по мере развития мирового кризиса и роста геополитической неопределенности. Продолжение
Эндрю КУОМО, New York Times  Генеральная прокуратура штата Нью-Йорк провела ряд расследований, чтобы разобрать причины экономического спада, который имел место в 2008 году. Среди прочего были изучены ошибки рейтинговых агентств, роль регулирующих государственных органов, недостатки рынка кредитно-дефолтных свопов, а также чрезмерное использование займов и мошенничество на ипотечном рынке. Анализу подверглись методики оплаты труда, применяемые в различных банках и фирмах. Были рассмотрены архивные и текущие данные по начислению зарплат и премиальных. Получены показания от представителей всех сторон – управляющих банков, определяющих этот процесс, членов советов директоров, проверяющих структуру выплат, отраслевых консультантов и получателей вознаграждений. При изложении своих программ оплаты труда банки обычно привязывают жалованье к показателям эффективности. Продолжение
Грег ФАРРЕЛ, Financial Times Согласно отчету по банкам штата Нью-Йорк, которые финансируются из средств налогоплательщиков, корпорация Citigroup и финансово-брокерская компания Merrill Lynch, которые в 2008 году понесли убытки в размере 55 млрд. долл., тратили на премии своим 1400 сотрудникам по миллиону и более на каждого. Материалы, собранные генпрокурором штата Нью-Йорк Эндрю Куомо, свидетельствуют, что инвестиционные банки J. P. Morgan Chase и Goldman Sachs, прошлогодние показатели которых были крайне плохими, выплачивали миллионные премии 1626 и 953 сотрудникам соответственно. В то же время итоги работы такого успешного банка как Goldman, едва ли можно сравнить с показателями двух главных неудачников Уолл-стрит. Банк Citi, потерявший 27,7 млрд. долл., платил миллионные премии 738 сотрудникам. Банк Merrill, убытки которого составили 27,6 млрд. долл., выплатил 696 служащим премии в размере 1 млн. долл. и более.
Продолжение
Сотрудникам компаний финансового сектора платят слишком много? Говард ДЭВИС, Project Syndicate  Не всем, конечно, ведь в эту категорию попадают скромные банковские клерки и уборщики. Однако можно ли оправдать огромные суммы, заработанные или, следует сказать, полученные менеджерами инвестиционных банков и фондов? Большинство людей легко и быстро ответили бы «нет». Именно так считают конгрессмены в США и члены парламента в Великобритании. Они изобретают способы дисциплинировать финансовые фирмы, хотя и без заметного успеха. Это как раз демонстрируют крупные суммы, выплаченные в виде компенсации служащим Goldman Sachs по итогам последней финансовой четверти. Что же означает утверждение о высоких заработках сотрудников финансового сектора? Насколько и относительно кого им переплачивают? Обычно человек рассуждает так: если у его соседа зарплата выше, значит, соседу переплачивают. Впрочем, вряд ли это самый точный критерий.
Продолжение
С восстановлением экономики невозможно будет вернуться в привычную колею – потребуется иной принцип руководстваРональд ХЕЙФЕЦ, Александр ГРАШОВ, Марти ЛИНСКИ, Harvard Business Review  Хорошо было бы рассматривать текущий экономический кризис просто как очередной период трудностей, через который нам необходимо пройти. К несчастью, нынешнее сочетание безотлагательности, неопределенности и высоких ставок останется в порядке вещей даже после прекращения рецессии. Мировые страны не могут защитить свои экономики от роста глобальной конкуренции, недостатка энергоносителей, климатических изменений и политической нестабильности. Сегодняшний кризис, преодолеть который нам помогут грамотные поправки в законодательстве, лишь готовит почву для затяжного или даже постоянного кризиса.Представим себе, что среди ночи с человеком случился сердечный приступ. Карета скорой помощи мчит его в больницу, где квалифицированные хирурги стабилизируют состояние пациента и подводят к сердцу новые кровеносные сосуды. Опасность миновала, но остается совокупность хоть и не столь безотлагательных, но жизненно важных проблем. Как пациенту, который оправился после операции, предотвратить новый приступ? Продолжение
Выдающиеся руководители могут быть харизматичными или заурядными, щедрыми или прижимистыми, могут отличаться блестящей интуицией или превосходно оперировать цифрами. Вместе с тем, каждый успешный менеджер слПитер ДРУКЕР, Harvard Business Review  Успешный руководитель необязательно должен быть лидером в том смысле, в котором это слово чаще всего используется в наши дни. Гарри Трумэн, например, был лишен харизматических способностей, вместе с тем, он принадлежит к числу наиболее успешных президентов в истории США. Аналогичным образом некоторые из наиболее благополучных первых руководителей коммерческих и некоммерческих организаций, с которыми мне приходилось работать в течение 65 лет своей карьеры в сфере консалтинга, не были лидерами в традиционном понимании этого слова. Все они отличались друг от друга разнообразием личностных качеств, воззрений и достоинств. Среди них встречались лица с противоположными характерами: от экстравертов до едва ли не отшельников, от добродушно-веселых и беззаботных до склонных к жесткому контролю, от великодушных и щедрых до расчетливых и скупых. Своими успехами они, в первую очередь, обязаны восьми общим правилам, которых придерживался каждый из них.
Продолжение
Стефани РОЗЕНБЛУМ, New York Times  Пронизывающий июньский дождь заливал район старой бойни в Манхеттене. Он сносил зонтики и распугивал уличных торговцев. Высоко над мокрой мостовой, в гостиной-офисе в балинезийском стиле, передо мной, как кошка на диване, растянулась Диана фон Фюрстенберг. Ее спокойный взгляд устремлен сквозь статуи Будды и стеклянные двери террасы на сплошную стену дождя. «Сейчас как никогда важно не потерять уверенность в своих силах. Все остальные не уверены. И если вы станете перенимать чужую неуверенность, ничего не выйдет», – говорит Фюрстенберг, создательница выставленного в Смитсоновском институте платья с запáхом – эмблемы моды 1970-х годов. Нужно иметь нахальство, чтобы говорить такое в кризис, когда крупнейшие универмаги – Neiman Marcus, Saks, Nordstrom – заявляют о ежемесячном падении продаж. Дом моды Christian Lacroix ищет защиты от кредиторов, а от бутиков Linda Dresner, Tracey Ross и Georgina остались одни воспоминания.
Продолжение
Кризис – ужасная вещь, поэтому им просто грех не воспользоватьсяФранческо ГУЭРРЕРА, Financial Times  Это выражение часто повторяют в блестящих коридорах головной штаб-квартиры корпорации в Нью-Йорке. Когда сотрудники слышат ее от своего очередного руководителя, у них невольно начинают бегать глаза. Шефу нравится изображать угрожающее положение фирмы так, словно в нем сокрыты новые возможности. Впрочем, лидеры этой гигантской корпорации едва ли одиноки в своем стремлении использовать разрушительные силы кризиса для восстановления непростого финансово-экономического положения своей компании. Находясь в условиях самого глубокого со времен Великой депрессии экономического спада, корпорации оказались перед лицом весьма незавидного выбора. Использовать тяжелые времена для избавления от балласта, накопленного за годы подъема, и провести рискованные стратегические изменения или переждать шторм? Такая дилемма стоит сегодня не только перед корпоративным бизнесом США. Продолжение
Рыночная теория рассматривает людей исключительно в свете расходов на персонал. Однако в реальности люди поддерживают структуру местной общины, воплощая в себе ее образ жизни, традиции и культуру Юкио ХАТОЯМА  Индивидуум заслуживает уважения как личность, если он выполняет определенную работу, принимает на себя некую общинную роль и поддерживает существование своей семьи. Руководствуясь принципом братства, мы не вправе отдавать на милость глобализации сферы, от которых зависят выживание и безопасность людей – сельское хозяйство, экологию или медицину. Мы обязаны привлечь внимание общества к неэкономическим ценностям, которые отбросила наступающая глобализация. Нужно выработать политику, способную восстановить связи между людьми. Это позволит уделять больше внимания экологии, системе медицинской и социальной помощи, образованию и поддержке многодетных семей. Еще одна наша национальная задача, проистекающая из концепции братства, – создание восточноазиатской общности. Разумеется, краеугольным камнем внешней политики Японии останется японско-американский договор о безопасности. Продолжение
Банкиры, которых выбросили на улицу гиганты Уолл-стрит, находят пристанище в таких фирмах как Mesirow, Knight и Stife Джон ЛИППЕРТ, Эдгар ОРТЕГА, Джош ФАЙНМЕН, Bloomberg  Вместе с новыми работодателями они используют смятение на рынке в попытке завоевать новых клиентов. Доминик Монди, который начал работать в компании Bear Stearns в 1979 году в возрасте 25 лет, помнит, как стоявший в то время во главе компании Алан Гринберг по прозвищу «Ас» каждый год заходил к нему 10 февраля – в день его рождения. Когда в 1985 году Bear Stearns выпустила собственные акции, дух товарищества начал угасать. Компания стала крупнейшим в США гарантом размещения облигаций с ипотечным обеспечением, увеличила объемы заемного капитала, а число штатных сотрудников перевалило за 14 тыс. По словам Монди, риски взлетели до небес. К 2005 году визиты в день рождения прекратились.Монди продолжал работать по десять часов в день на десятом этаже штаб-квартиры Bear Stearns в Нью-Йорке, на Мэдисон-авеню. Он утверждает, что за 25 из 28 лет в компании через его руки прошло больше муниципальных облигаций, чем у любого другого сотрудника.
Продолжение
Для выпускников американских колледжей Шанхай и Пекин становятся краем возможностей, ведь в США процент безработных исчисляется двузначными цифрамиХанна СЕЛИГСОН, New York Times  О поездке задумываются даже те, кто плохо владеет китайским языком или не знает его вовсе. Их привлекает рост китайской экономики, низкая стоимость жизни и возможность обойти выплату некоторых сборов – распространенную практику на первом рабочем месте в США. «В последние годы молодежь хлынула на работу в Китай. Я приехал сюда в 1994 году вместе с первой волной американцев. Эти молодые люди – часть второй массовой волны», – вспоминает Джек Перковский, глава Asimco Technologies – одной из крупнейших в Китае компаний по производству автозапчастей. Джошуа Стивенс закончил Уэслианский университет со степенью бакалавра по страноведению. Два года назад он решил поехать в Шанхай на временную летнюю работу, воспользовавшись услугами образовательно-туристической фирмы China Prep. «Я ничего не знал о Китае. Все думали, что я сошел с ума. Я ехал, не зная языка, но мне хотелось сделать что-то неординарное», – говорит Стивенс, который занимался исследованиями конъюнктуры рынка и разработкой программ.
Продолжение
Рано или поздно «Великая рецессия» закончится Грегори КЛАРК, Washington Post  В журнале Newsweek даже пишут, что она уже позади. Так или иначе, в конце этого экономического спада мы поймем: он был всего лишь кратким фрагментом в долгой истории экономики. Ее следующая глава обещает достаток, хотя и не для всех. Технические достижения двигают американскую экономику вперед, и ничто не может ее остановить. Будущие проблемы будут связаны не с ростом, а с вещами более досадными: с неотвратимым увеличением числа неквалифицированных людей и с превращением техники из противоядия для общественного противостояния в его провокатора. Вопрос будет в том, как заставить победителей экономической борьбы все больше и больше платить за бедных. Недавно министр финансов США Тимоти Гайтнер и директор Национального экономического совета Белого дома Лоренс Саммерс заявили, что поднятие налогов не исключено. Продолжение
Эта статья была написана для специального выпуска New York Times, посвященного столетию журнала. Задача статьи состояла в том, чтобы описать текущие события как прошлые, как будто бы для журнала, который публикуетсПол КРУГМАН, New York Times  Оглядываясь назад, нужно быть готовым учитывать все обстоятельства. Несправедливо обвинять экспертов конца ХХ века в том, что они не смогли предвидеть все перипетии грядущего столетия. Долгосрочное социальное прогнозирование – наука неточная и в наше время, а тогда, в 1996 году, ее основатели были всего лишь «темными» студентами-выпускниками. Тем не менее, уже тогда многие понимали, что основными движителями экономических изменений станут цифровая технология и развитие экономики в ранее отсталых странах. В этом плане ничего удивительного не произошло. А вот почему ученые мужи того времени так и не смогли предугадать последствий этих изменений, остается непонятным до сих пор.В чем же состояло ущербное видение футуристов конца ХХ века? Скорее всего, в том, что все они ожидали прихода «безупречной» экономики, которая освободит людей от необходимости беспрестанно контактировать с несовершенным физическим миром.
Продолжение
Если производители будут сохранять высокие цены, несмотря на падение спроса, то мир на удивление быстро сумеет покончить с зависимостью от органического топливаБилл ЭММОТТ, The Times  Заявления о возобновлении экономического роста в развитых странах способны стать сигналом об окончании Великой рецессии 2007–2009 годов. Однако мир также может получить сигнал о начале конца кое-чего более значимого: нефтяного века. Если учесть, как уныло выглядел мир в начале 2009 года, столь скорое возобновление роста выглядит весьма примечательным. Однако еще более важно, что он выходит из мощных нефтяных потрясений. Сегодня сырье стоит почти 70 долл./барр., что в семь раз выше, чем десять лет назад, и в два раза выше мартовского уровня. То есть восстановление идет еще быстрее, чем мы думаем, а спрос на нефть вновь растет? Вовсе нет. Считается, что это непрозрачный рынок, а величина запасов нефти во многих странах является государственной тайной. Однако аналитики Bank of America Securities-Merrill Lynch подсчитали, что во втором квартале 2009 года спрос на сырье в мире на 3 млн. барр. в день ниже, чем в начале 2008 года. Эксперты не рассчитывают, что он вернется к этому уровню раньше, чем в 2011 году.
Продолжение
Роджер КОППЛ  Американцы превратились в фашистов. С одной стороны, чисто номинально. К сожалению, есть и другая сторона, точнее отражающая историческое значение этого термина. Когда я был студентом, слово «фашист» означало: ты придерживаешься более правых взглядов, чем я, значит, ты плохой. Сегодня в английском языке слово «фашист», наоборот, указывает на левую позицию. Выходит, по прихоти языка все американцы превратились в «фашистов». Невелика важность. Пугает то, что в другом смысле этого слова американцы все до одного стали настоящими фашистами. В исконном фашизме Бенито Муссолини авторитаризм сочетался с милитаризмом и коллективной экономикой. Под руководством Адольфа Гитлера эту базовую модель переняла Национал-социалистическая партия и сделала ее намного страшнее, чем Муссолини со своей шайкой мог себе представить. Впрочем, итальянский фашизм тоже был довольно гадким. А когда Италия стала терпеть поражение в войне, то поддалась давлению Германии и начала массовые убийства евреев. Продолжение
Премиальные выплаты банкирам, чревоугодие, разгул знаменитостей – самые броские газетные заголовки бывают только у историй о различных излишествах. О чем же говорит наше пристрастие к статьям о безумных увлечениАдам ФИЛИПС, The Guardian  Ничто не заставляет так терять чувство меры, как сами разговоры о чрезмерности. Есть два варианта поведения: люди либо совсем не одобряют освещаемые в прессе события, либо приходят в дикий восторг. Никто не может остаться равнодушным к теме злоупотребления алкоголем или количеству порнографии, размещаемой в Интернете: сегодня все знают о людях, страдающих пищевым расстройством, и об огромных количествах голодающих. Теперь излишества можно наблюдать повсеместно – излишек богатства и бедности, секса и жадности, насилия и религиозных верований. Если ХХ век был эпохой крайностей, то XXI век можно по праву назвать эпохой излишеств. Ничто так не расстраивает, не ужасает, не отвращает, а также не увлекает, не оживляет и не изумляет, как непомерная страсть других людей к еде, алкоголю, деньгам, наркотикам или насилию. Ничто так не пугает, не злит и не раздражает, как фанатизм других людей в отношении политических идей или религиозных убеждений.
Продолжение
Положение дел в экономике действительно непростое. Цены на рынке недвижимости горят, сотрудники загадочно исчезают, а из-за стен доносятся стоны по поводу несбывшихся надежд Натали ЭНГИЕР, New York Times  Если вас, в результате, гнетет ужасное ощущение, будто стрессовая реакция вашего организма начинает перерастать в нечто большее, нежели просто защитный механизм, вас можно поздравить: это действительно так. Недавно ученые обнаружили, что состояние повышенного стресса способно так перепрограммировать головной мозг, что зловещие последствия встряски будут только усиливаться. Как будто до этого открытия стресс был недостаточно серьезной проблемой, вызывавшей лишь усиление кровяного давления, ослабление иммунной системы, повышение риска заболеваемости диабетом и депрессией. Этим летом в журнале Science исследователь Нуно Соуза из Института проблем жизни и здоровья описал эксперименты над крысами, которых держали в состоянии хронического стресса. В итоге, они начинали терять свою природную хитрость, осуществляя вполне предсказуемые механические действия и заученные реакции. Например, нажимали на рычаги для получения драже, которых не очень-то хотели.
Продолжение
Энтони БАРНС, Economist Этой весной я намекал, что хочу создать рейтинг десяти наиболее читаемых книг об истории международной экономики – мировой политэкономии (ИМЭ или МПЭ), конечно же, при условии, что это кому-то будет нужно. Судя по электронным письмам, которые я получил, спрос достаточно велик и довольно устойчив. Поэтому я и решил… отложить работу над списком на месяц-другой: вы еще к нему не готовы. Если же вы читаете эти строки, то вы либо любопытный профессор, готовый свернуть эту страничку, если кто-то вдруг войдет, либо студент-выпускник, идущий к успеху в своей профессии, или же настойчивый студент, который действительно желает изучить МПЭ.
Продолжение
|
 |