#2(38), октябрь 2009 года

Хо­ро­ший и пло­хой ка­пи­та­лизм

Ры­ноч­ный об­мен – пря­мые сдел­ки меж­ду тор­гов­ца­ми и кли­ен­та­ми – воз­ник три ты­ся­чи лет на­зад. В этих но­вых со­ци­аль­ных усло­ви­ях кли­ент мог ку­пить все, что хо­тел, ког­да хо­тел и у ко­го хо­тел, час­то тор­гу­ясь с про­дав­цом о це­не

Ми­шель РОКАРД, Project Syndicate

Из-за этих осо­бен­нос­тей ры­нок стал час­тью ос­нов­ных сво­бод, ко­то­рые уко­ре­ни­лись в по­все­днев­ной жиз­ни. Он гос­под­ст­ву­ет и сей­час, по­сколь­ку все по­пыт­ки соз­дать аль­тер­на­ти­ву, вклю­чая то­та­ли­та­ризм, про­ва­ли­лись. Дей­ст­ви­тель­но, про­шло 20 лет с тех пор, как быв­шие ком­му­нис­ти­чес­кие стра­ны Вос­точ­ной Евро­пы всту­пи­ли в мир ры­ноч­но­го об­ме­на – шаг, ко­то­рый уже был сде­лан в 1946 го­ду со­ци­ал-де­мо­кра­та­ми во всем ми­ре.
В те­че­ние не­сколь­ких ты­сяч лет сво­бод­ный ры­нок со­сто­ял из от­дель­ных лю­дей: мас­те­ров, тор­гов­цев и по­тре­би­те­лей. Ка­пи­та­лизм, ког­да он по­явил­ся трис­та лет на­зад, был все­го лишь тем же ви­дом де­ятель­нос­ти в бо­лее круп­ном мас­ш­та­бе. Бла­го­да­ря па­ро­вым дви­га­те­лям и элек­т­ри­чес­т­ву боль­шее ко­ли­чес­т­во лю­дей по­лу­чи­ли воз­мож­ность ра­бо­тать вмес­те, а кор­по­ра­ции смог­ли при­влечь мно­жес­т­во не­боль­ших вклад­чи­ков, ко­то­рые ста­ли ка­пи­та­лис­та­ми.
Это по­тря­са­ю­щая сис­те­ма. Ко вре­ме­ни Фран­цуз­ской ре­во­лю­ции уро­вень жиз­ни по­вы­сил­ся в два ра­за, на­чи­ная с Рим­ской им­пе­рии. Сей­час он вы­ше в 150 раз.
Одна­ко ка­пи­та­лизм жес­ток. В са­мом его на­ча­ле лю­ди бы­ли вы­нуж­де­ны ра­бо­тать по 17 ча­сов в сут­ки без вы­ход­ных и ухо­да на пен­сию. Это был вид раб­ст­ва. Бла­го­да­ря де­мо­кра­тии и проф­со­ю­зам жес­то­кость ре­жи­ма час­тич­но смяг­чи­ли.
Тем не ме­нее, сис­те­ма, пре­до­став­лен­ная са­ма се­бе, оста­ет­ся не­ста­биль­ной. Она пе­ре­жи­ва­ет сбой где-то раз в де­сять лет. Са­мый худ­ший кри­зис ХХ ве­ка, слу­чив­ший­ся в 1929–1932 го­дах, от­нял ра­бо­чие мес­та без вы­пла­ты по­со­бий у 70 млн. че­ло­век в Ве­ли­ко­бри­та­нии, США и Гер­ма­нии. Это при­ве­ло к влас­ти Гит­ле­ра, раз­вя­зав­ше­го вой­ну, в ко­то­рой по­гиб­ло 50 млн. лю­дей.
По­сле вой­ны ка­пи­та­лизм по­пы­та­лись ста­би­ли­зи­ро­вать. В ито­ге, по­яви­лась бо­лее сба­лан­си­ро­ван­ная сис­те­ма, ос­но­ван­ная на трех глав­ных ком­по­нен­тах: ме­ди­цин­ском стра­хо­ва­нии, кей­н­си­ан­ской фи­нан­со­во-ва­лют­ной по­ли­ти­ке, при­зван­ной смяг­чить воз­дей­ст­вие де­ло­во­го цик­ла, и по­ли­ти­ке вы­со­ких зар­плат, про­во­ди­мой для уве­ли­че­ния по­тре­би­тель­с­ких воз­мож­нос­тей граж­дан.
Дос­ти­же­ния бы­ли оше­лом­ля­ю­щи­ми: 30 лет по­сле­до­ва­тель­но­го и быс­т­ро­го эко­но­ми­чес­ко­го рос­та, пол­ная и по­сто­ян­ная за­ня­тость во всех раз­ви­тых стра­нах и ни­ка­ко­го фи­нан­со­во­го или эко­но­ми­чес­ко­го кри­зи­са. За это вре­мя уро­вень жиз­ни по­вы­сил­ся поч­ти в де­сять раз. Про­цве­та­ние ста­ло глав­ным ору­жи­ем, ко­то­рое га­ран­ти­ро­ва­ло по­бе­ду За­па­да над со­вет­ским ком­му­низ­мом. Жи­те­ли Вос­точ­ной Евро­пы страс­т­но же­ла­ли при­нять этот вид ка­пи­та­лиз­ма.

Одна­ко по­ли­ти­чес­кий ус­пех ка­пи­та­лиз­ма при­шел­ся на тот пе­ри­од, ког­да сис­те­ма на­ча­ла из­на­ши­вать­ся. Вы­со­кие зар­пла­ты под­дер­жи­ва­ли рост, но со­кра­ща­ли до­хо­ды. Акци­о­не­ры ор­га­ни­зо­ва­лись в пен­си­он­ные, ин­вес­ти­ци­он­ные и хед­же­вые фон­ды. Из-за их дав­ле­ния уро­вень за­ня­тос­ти упал, со­кра­тив до­лю за­ра­бот­ной пла­ты в об­щем на­ци­о­наль­ном до­хо­де на 10% за три по­след­ние де­ся­ти­ле­тия.
В раз­ви­тых стра­нах чис­ло тру­до-спо­соб­ной бед­но­ты дос­тиг­ло 10–15% ра­бо­чей си­лы. Кро­ме то­го, за по­след­ние 25 лет про­изо­шло пять се­рье­з­ных ре­ги­о­наль­ных или гло­баль­ных фи­нан­со­вых кри­зи­сов. Еже­год­ный рост упал до 3%. Те­ку­щий кри­зис был вы­зван ши­ро­ко рас­прос­т­ра­нен­ным укры­ва­тель­ст­вом не­воз­врат­ных зай­мов внут­ри пу­лов цен­ных бу­маг, про­дан­ных по все­му ми­ру.
Мас­со­вые бан­к­рот­ст­ва вы­зва­ли кре­дит­ный кри­зис, ко­то­рый при­вел к глу­бо­ко­му эко­но­ми­чес­ко­му спа­ду и рос­ту без­ра­бо­ти­цы. Три ста­би­ли­зи­ру­ю­щих ком­по­нен­та ка­пи­та­лиз­ма по­те­ря­ли эф­фек­тив­ность. Бо­га­тые стра­ны от­ре­а­ги­ро­ва­ли быс­т­рее и муд­рее, чем в 1929 го­ду. Они ак­ти­ви­зи­ро­ва­ли эко­но­ми­ки, что по­зво­ли­ло из­бе­жать кра­ха бан­ков, од­на­ко это­го бы­ло не­до­ста­точ­но для по­вы­ше­ния рос­та.
Те­перь все ока­за­лись в стран­ной ста­дии: пра­ви­тель­ст­ва, бан­ки­ры и жур­на­лис­ты воз­ве­ща­ют о кон­це кри­зи­са, по­то­му что бан­ки боль­ше не раз­ва­ли­ва­ют­ся. Одна­ко ни­че­го не раз­ре­ши­лось, и без­ра­бо­ти­ца про­дол­жа­ет рас­ти.
Бо­лее то­го, бан­ков­ский сек­тор пы­та­ет­ся ис­поль­зо­вать го­су­дар­ст­вен­ные па­ке­ты спа­са­тель­ных мер для за­щи­ты сво­их при­ви­ле­гий, вклю­чая без­нрав­ст­вен­но гро­мад­ные пре­мии, и соз­да­ния спе­ку­ля­тив­ных фи­нан­со­вых ак­ти­вов, ни­как не свя­зан­ных с ре­аль­ной эко­но­ми­кой. Дей­ст­ви­тель­но, так на­зы­ва­е­мый ко­нец кри­зи­са боль­ше на­по­ми­на­ет ре­кон­ст­рук­цию ме­ха­низ­мов, ко­то­рые его вы­зва­ли.
По­всю­ду эко­но­ми­чес­кая де­ятель­ность бо­лез­нен­но ста­би­ли­зи­ру­ет­ся на от­мет­ках – на 5–10% ни­же уров­ня 2007 го­да. Па­да­ет по­ку­па­тель­ская спо­соб­ность сред­не­го и низ­ше­го клас­сов, ло­па­ют­ся спе­ку­ля­тив­ные пу­зы­ри, соз­дан­ные жаж­дой к на­жи­ве со сто­ро­ны бо­га­тых. Если нам суж­де­но иметь сис­те­му, где поч­ти каж­дый мо­жет стать бо­лее обес­пе­чен­ным, бо­га­тые не дол­ж­ны ста­но­вить­ся еще бо­га­че. В ином слу­чае, нас ожи­да­ет дли­тель­ный пе­ри­од за­стоя и фи­нан­со­вых кри­зи­сов.
В та­ких усло­ви­ях боль­шин­ст­во ев­ро­пей­ских из­би­ра­те­лей не­дав­но еще раз под­дер­жа­ли ис­ка­те­лей бо­гат­ст­ва. Нас ждет мрач­ное бу­ду­щее. 

К содержанию