#1(40), декабрь-январь 2009/10 года

Смо­жет ли ев­ро­зо­на пе­ре­жить эко­но­ми­чес­кий подъем?

Эко­но­ми­чес­кое вы­здо­ров­ле­ние, ко­то­рое ев­ро­зо­на ожи­да­ет в 2010 го­ду, спо­соб­но при­нес­ти с со­бой но­вые про­ти­во­ре­чия. Дей­ст­ви­тель­но, в са­мом худ­шем слу­чае, не­ко­то­рые стра­ны бу­дут рас­смат­ри­вать во­прос, остав­лять ли им

Мар­тин ФЕЛЬДШТЕЙН, Project Syndicate

Хо­тя ев­ро упро­ща­ет тор­го­вую де­ятель­ность, он соз­да­ет зна­чи­тель­ные проб­ле­мы для де­неж­но-кре­дит­ной по­ли­ти­ки. Да­же преж­де, чем он по­я­вил­ся, не­ко­то­рые эко­но­мис­ты за­да­ва­лись во­про­сом, бу­дут ли же­лан­ны об­щие день­ги для та­кой раз­но­род­ной груп­пы стран. Еди­ная ва­лю­та озна­ча­ет еди­ную кре­дит­но-де­неж­ную по­ли­ти­ку и еди­ные про­цен­т­ные став­ки, да­же ес­ли эко­но­ми­чес­кие усло­вия – очень цик­лич­ные усло­вия – у стран–учас­т­ниц Евро­пей­ско­го эко­но­ми­чес­ко­го и ва­лют­но­го со­юза зна­чи­тель­но раз­ли­ча­ют­ся.
Еди­ная ва­лю­та озна­ча­ет так­же еди­ный об­мен­ный курс по от­но­ше­нию к дру­гим ва­лю­там. В каж­дой стра­не ев­ро­зо­ны это слу­жит пре­пят­ст­ви­ем для ес­тес­т­вен­ной от­вет­ной ре­ак­ции рын­ка на хро­ни­чес­кий тор­го­вый де­фи­цит. Если бы эта стра­на име­ла свою ва­лю­ту, об­мен­ный курс сни­зил­ся бы, спо­соб­ст­вуя эк­с­пор­ту и пре­пят­ст­вуя им­пор­ту. При от­сут­ст­вии соб­ст­вен­ной ва­лю­ты един­ст­вен­ной ме­рой про­тив хро­ни­чес­ко­го тор­го­во­го де­фи­ци­та яв­ля­ет­ся толь­ко зна­чи­тель­ное сни­же­ние за­ра­бот­ной пла­ты или уве­ли­че­ние удель­ной про­из­во­ди­тель­нос­ти.
Евро­пей­ский банк сле­ду­ет про­стой кре­дит­но-де­неж­ной по­ли­ти­ке. По­сколь­ку об­щее со­сто­я­ние эко­но­ми­ки ев­ро­зо­ны улуч­ша­ет­ся, он нач­нет умень­шать лик­вид­ность и уве­ли­чи­вать крат­ко­сроч­ные про­цен­т­ные став­ки, что по­дой­дет для од­них стран и не по­дой­дет для дру­гих. Те стра­ны, чья эко­но­ми­ка оста­ет­ся сла­бой, вы­сту­па­ют про­тив бо­лее жес­т­кой кре­дит­но-де­неж­ной по­ли­ти­ки.
Кон­т­раст меж­ду усло­ви­я­ми в Гер­ма­нии и Испа­нии яв­ля­ет­ся на­гляд­ным при­ме­ром та­кой проб­ле­мы. Уро­вень без­ра­бо­ти­цы в Гер­ма­нии сей­час 8%, это бо­лее чем в два ра­за ни­же, чем в Испа­нии – 19%. Гер­ма­ния за пос­лед­ний год за­фик­си­ро­ва­ла ак­тив­ное тор­го­вое саль­до в 175 мил­ли­ар­дов дол­ла­ров, Испа­ния на­ко­пи­ла 84 мил­ли­ар­да дол­ла­ров внеш­не­тор­го­во­го де­фи­ци­та.
Если бы Испа­ния и Гер­ма­ния поль­зо­ва­лись пе­се­той и мар­кой, раз­ли­чие в тор­го­вом ба­лан­се при­ве­ло бы мар­ку к воз­рас­та­нию, а пе­се­ту – к па­де­нию. Бо­лее сла­бая пе­се­та сти­му­ли­ро­ва­ла бы спрос на ис­пан­ский эк­с­порт и умень­ша­ла бы им­порт в Испа­нию, что под­дер­жа­ло бы внут­рен­ний спрос и сни­зи­ло без­ра­бо­ти­цу.
По­сколь­ку про­цен­т­ная став­ка, уста­нов­лен­ная ЕЦБ, те­перь мень­ше 1%, то сей­час нет су­щес­т­вен­ной раз­ни­цы меж­ду его кре­дит­но-де­неж­ной по­ли­ти­кой и тем, что сде­лал бы банк Испа­нии, ес­ли бы он уста­но­вил соб­ст­вен­ные став­ки. Ког­да же в ев­ро­зо­не на­чнет­ся подъем эко­но­ми­ки, ЕЦБ, воз­мож­но, ста­нет уве­ли­чи­вать про­цен­т­ные став­ки преж­де, чем та­кой их уро­вень по­на­до­бит­ся Испа­нии, что ослож­нит си­ту­а­цию с без­ра­бо­ти­цей в этой стра­не. Испа­ния и дру­гие го­су­дар­ст­ва с вы­со­кой без­ра­бо­ти­цей, воз­мож­но, бу­дут про­ти­во­сто­ять та­кой стра­те­гии, од­на­ко им при­дет­ся стол­к­нуть­ся с ужес­то­че­ни­ем кре­дит­но-де­неж­ной по­ли­ти­ки, по­то­му что ЕЦБ по­ла­га­ет: об­щее эко­но­ми­чес­кое со­сто­я­ние ев­ро­зо­ны слу­жит оправ­да­ни­ем для бо­лее вы­со­ких про­цен­т­ных ста­вок.
Испа­ния – не един­ст­вен­ная стра­на, ко­то­рая мо­жет по­ки­нуть Евро­пей­ский эко­но­ми­чес­кий и валютный со­юз. О Гре­ции, Ирлан­дии, Пор­ту­га­лии и да­же Ита­лии час­то го­во­рят как о стра­нах, ко­то­рые по­лу­чат вы­го­ду, ес­ли бу­дут сле­до­вать не­за­ви­си­мой кре­дит­но-де­неж­ной по­ли­ти­ке и поз­во­лят кур­сам ва­лют уста­но­вить­ся на бо­лее кон­ку­рен­то­спо­соб­ном уров­не.
Уве­ли­чи­ва­ю­щий­ся раз­рыв меж­ду про­цен­т­ны­ми став­ка­ми на немецкие ев­ро­об­ли­га­ции и ев­ро­об­ли­га­ции не­ко­то­рых дру­гих стран по­ка­зы­ва­ет, что ры­нок вос­при­ни­ма­ет этот риск се­рье­з­но. На­при­мер, ес­ли те­ку­щая до­ход­ность де­ся­ти­лет­них немецких бу­маг рав­на 3,3%, то со­от­вет­ст­ву­ю­щая до­ход­ность гре­чес­ких ев­ро­бон­дов со­став­ля­ет 4,7%, ир­ланд­ских – 4,77%. Эти рас­хож­де­ния по­ка­зы­ва­ют, что ры­нок осоз­на­ет риск не­вы­пол­нен­ных обя­за­тельств или риск воз­мож­но­го обес­це­ни­ва­ния, ко­то­рое ас­со­ци­и­ру­ет­ся с от­ка­зом от ев­ро.
Вы­ход из ев­ро­зо­ны бу­дет свя­зан с тех­ни­чес­ки­ми и по­ли­ти­чес­ки­ми проб­ле­ма­ми. Пра­ви­тель­ст­ву, ко­то­рое за­хо­те­ло бы за­ме­нить ев­ро, ска­жем «но­вым фран­ком», при­шлось бы по­вер­нуть в об­рат­ную сто­ро­ну про­цесс за­ме­ны ва­лю­ты этой стра­ны на ев­ро. Одна­ко на­сколь­ко лег­кой мо­жет быть та­кая ра­бо­та?
Как уста­но­вить об­мен­ный курс для но­вой ва­лю­ты? Ра­зум­ным ре­ше­ни­ем бы­ло бы на­чать с об­ме­на од­но­го «но­во­го фран­ка» на один ев­ро, а за­тем оста­вить пе­ре­оцен­ку но­вой ва­лю­ты на ус­мот­ре­ние ми­ро­вых ва­лют­ных рын­ков. Стра­на с боль­шим из­на­чаль­ным де­фи­ци­том тор­го­во­го ба­лан­са уви­де­ла бы сни­же­ние кур­са сво­ей ва­лю­ты от­но­си­тель­но ев­ро, ска­жем, 1,2 «но­во­го фран­ка» за один ев­ро. Это сде­ла­ло бы ее про­дук­цию на 20% де­шев­ле, чем в дру­гих ев­ро­пей­ских го­су­дар­ст­вах, а им­порт – бо­лее до­ро­гим. Если это при­ве­дет к по­вы­ше­нию уров­ня цен в стра­не, ко­то­рая от­ка­зы­ва­ет­ся от ев­ро, то да­лее мож­но бы­ло бы умень­шить но­ми­наль­ный ва­лют­ный курс, что­бы дос­тиг­нуть та­ко­го же ре­гу­ли­ро­ва­ния.
По­сколь­ку лю­ди и впредь хра­ни­ли бы ев­ро, уход из Евро­пей­ско­го эко­но­ми­чес­ко­го и ва­лют­но­го со­юза не сни­зил бы уро­вень дос­тат­ка. Одна­ко та­ко­му го­су­дар­ст­ву при­шлось бы вол­но­вать­ся по по­во­ду бо­лее зна­чи­мых эко­но­ми­чес­ких по­след­ст­вий. Ми­ро­вые рын­ки ка­пи­та­ла осоз­на­ли бы, что стра­на с вы­со­ким уров­нем без­ра­бо­ти­цы мо­жет по­сле­до­вать ин­фля­ци­он­ной стра­те­гии или стра­те­гии сни­же­ния ва­лют­но­го кур­са. Инвес­то­ры ста­ли бы вы­во­дить фон­ды из этой стра­ны и по­вы­шать про­цен­т­ные став­ки по ее на­ци­о­наль­но­му дол­гу.
Воз­мож­ны так­же по­ли­ти­чес­кие проб­ле­мы. Смо­жет ли стра­на, ко­то­рая по­ки­да­ет Евро­пей­ский эко­но­ми­чес­кий и ва­лют­ный со­юз, иг­рать хоть не­зна­чи­тель­ную роль в со­ве­те ми­нис­т­ров фи­нан­сов стран Евро­пей­ско­го эко­но­ми­чес­ко­го со­об­щес­т­ва, в Евро­пей­ском со­ве­те по эко­но­ми­чес­ким и фи­нан­со­вым во­про­сам? Не умень­шит­ся ли зна­че­ние ее го­ло­са в ев­ро­пей­ских дис­кус­си­ях по по­во­ду внеш­ней и обо­рон­ной по­ли­ти­ки? И во­об­ще, не зас­та­вят ли ее со­всем вый­ти из Евро­пей­ско­го Со­юза и по­те­рять в этом слу­чае все тор­го­вые пре­иму­щес­т­ва?
Этих рис­ков мо­жет быть дос­та­точ­но, что­бы удер­жать ны­неш­них чле­нов Евро­пей­ско­го эко­но­ми­чес­ко­го и ва­лют­но­го со­юза от ре­ше­ния по­про­щать­ся с ев­ро. Если же они оста­нут­ся в ев­ро­зо­не, то это мо­жет привести не­ко­то­рых из них к до­пол­ни­тель­ным за­тра­там. В ка­кой-то мо­мент не­спо­соб­ность спра­вить­ся с внут­рен­ни­ми эко­но­ми­чес­ки­ми проб­ле­ма­ми в рам­ках струк­ту­ры Евро­пей­ско­го эко­но­ми­чес­ко­го и ва­лют­но­го со­юза мо­жет при­вес­ти к то­му, что од­на или не­сколь­ко стран пой­мут: за­тра­ты слиш­ком вы­со­ки, что­бы их до­пус­кать.

К содержанию