|
#1(40), декабрь-январь 2009/10 года Новая мировая архитектураСпустя двадцать лет после краха коммунизма мир стоит перед еще одним сложным выбором – выбором между двумя фундаментально разными формами организации: международным Джордж СОРОС Первая форма, представленная Соединенными Штатами, потерпела неудачу, а последняя, демонстрируемая Китаем, находится в состоянии подъема. Путь по тропе наименьшего сопротивления приведет к постепенной дезинтеграции международной финансовой системы. Должна быть создана новая многосторонняя система, основанная на более здоровых принципах. Поскольку трудно достигнуть международного сотрудничества в вопросах реформы управления на постепенной основе, оно может быть достигнуто благодаря широкой договоренности, которая реорганизует финансовый порядок. Нужна новая Бреттонвудская конференция, подобно той, которая организовала международную финансовую архитектуру после Второй мировой войны. Новые правила должны определить порядок обращения с финансовыми институтами, которые слишком крупные, чтобы позволить им обанкротиться, и установить роль контроля над капиталом. Конференция также должна воссоздать Международный валютный фонд, чтобы он лучше отражал иерархию среди стран, и пересмотреть методы работы этого учреждения. Кроме того, новая Бреттонвудская конференция реформировала бы валютную систему. Послевоенный порядок, который повысил статус Соединенных Штатов, стал причиной опасного нарушения равновесия. Доллар уже не вселяет былой уверенности, однако никакая другая валюта пока не может занять его место. США не следует уклоняться от более широкого использования специальных прав заимствования МВФ. Поскольку они выражены в нескольких национальных валютах, ни одна из них не получит незаслуженного преимущества. Число валют, включенных в СПЗ, нужно расширить, а некоторые добавленные валюты, например юань, сделать не полностью конвертируемыми. Однако это позволило бы международному сообществу надавить на Китай и заставить его отказаться от поддержки валютного курса по отношению к доллару, чтобы снизить международный дисбаланс. А доллар мог бы оставаться предпочитаемой резервной валютой при условии, что им руководят благоразумно. У СПЗ есть огромное преимущество: они дают возможность использовать деньги в международных целях, что особенно важно во время кризиса. Деньги могут быть направлены туда, где они больше всего нужны. Механизм, позволяющий богатым странам делать это, легкодоступен – это золотой резерв МВФ. При реорганизации мирового порядка нужно будет выйти за пределы финансовой системы и привлечь ООН, особенно членов Совета Безопасности. Необходимо, чтобы этот процесс инициировали США, но Китай и другие развивающиеся страны должны участвовать в нем на равных. Система не может существовать в нынешней форме, и США многое теряют из-за того, что не реформируют ее. Штаты еще находятся в позиции, которая позволяет лидировать в мире, но без дальновидного лидерства их положение, вероятно, будет ухудшаться. Они больше не смогут навязывать свою волю другим, как пыталась делать администрация Джорджа Буша. Зато они могли бы возглавить попытку налаживания сотрудничества, которое вовлекало бы развитые и развивающиеся страны, заново устанавливая американское лидерство.
Появление «Большой двадцатки» – шаг в правильном направлении.Не хватает лишь общего признания, что механизм сломан и нуждается в ремонте
Альтернатива пугает. Сверхдержава, которая приходит в упадок, теряет политическое и экономическое влияние, но все еще сохраняет военное превосходство, является взрыво-опасной смесью. Ранее считалось, что демократические страны ищут мира. После президентства Буша это правило больше не действует, если оно вообще когда-либо действовало. На самом деле демократия в Америке в большой беде. Кризис озадачил людей, которые не любят сталкиваться с жесткой реальностью. Обама использовал «фактор повышения доверия» и заявляет, что обуздал обвал, но «двойная» рецессия вынудит американцев прислушаться к демагогам. Если у Обамы не получится, то новая администрация попытается отвлечь внимание населения от неприятностей внутри страны, что будет представлять опасность для мира. Обама имеет правильное видение проблемы. Он верит в международное сотрудничество, а не в философию «кто сильнее, тот и прав», возникшую в эру Буша. Появление «Большой двадцатки» – шаг в правильном направлении. Не хватает лишь общего признания, что механизм сломан и нуждается в ремонте. В конце концов, финансовая система не рухнула полностью, и Обама принял осознанное решение восстановить банки с помощью скрытых субсидий, а не рекапитализировать их на обязательной основе. Выжившие учреждения будут удерживать более сильную позицию на рынке, чем обычно, и они переживут реконструкцию. Обама озабочен многими трудными проблемами, и обновление международной финансовой системы вряд ли привлечет его внимание. Лидерство Китая должно быть еще более дальновидным, чем лидерство Обамы. Пекин заменяет американского потребителя и становится двигателем мировой экономики. Поскольку это менее мощный двигатель, мировая экономика станет расти медленнее, но влияние Поднебесной будет повышаться очень быстро. Сейчас Китай хочет подчинить личные свободы политической стабильности и экономическому развитию, но это не может продолжаться бесконечно. Остальной мир не подчинит свою свободу процветанию китайского государства. Поскольку эта страна становится глобальным лидером, она должна превратиться в открытое общество. Если отношения в военной сфере останутся прежними, то у Китая не будет иного выбора. Несомненно, будущее мира зависит от этого.
|
 |