#5(16), май 2007 года

Новая экономическая модель Китая

Joseph E. Stiglitz, Project Syndicate

Успех Китая с тех пор, как он начал переход к рыночной экономике, основывается на адаптации стратегий и политики: как только разрешается один круг проблем, возникают другие, для решения которых необходимы новые стратегии и новая политика. Этот процесс включает в себя и социальные инновации . Китай признал, что он не может просто перенять экономические институты других стран по крайней мере, что оказалось успешным в других странах, должно быть адаптировано к уникальным проблемам, которые встают перед Китаем.
Сегодня в Китае идет обсуждение «новой экономической модели». Бе-зусловно, старая экономическая модель была очень успешной, принося почти 10% ежегодный рост на протяжении 30 лет и вызволяя сотни миллионов китайцев из пропасти бедности. Изменения, очевидно, отражаются не только в статистике, но и, а возможно и больше, на лицах людей по всей стране.
Недавно я посетил отдаленную деревню Донга в горах Куиджо, которая является одной из самых бедных областей Китая, располагаясь в нескольких милях от ближайшей асфальтированной дороги; и все же к ней было подведено электричество, а с ним появилось не только телевидение, но и Интернет. В то время как определенный возрастающий доход поступал от денежных переводов, которые делали члены семей мигрировавшие в прибрежные города, фермеры также стали более обеспеченными, благодаря появлению новых зерновых культур и семян более высокого качества: правительство продавало в кредит семена высокого сорта с гарантируемым процентом всхожести.
Китай знает, что ему необходимы изменения для того, чтобы обеспечить устойчивый рост. На каждом уровне существуют предельные условия окружающей среды и понимание того, что ресурсоемкая структура потребления, характерная сегодня для США была бы бедствием для Китая и всего остального мира. В связи с тем, что значительная доля населения Китая перемещается в города, их необходимо сделать пригодными для жилья, что требует осторожного планирования, а также создания инфраструктуры: общественного транспорта, парков.

Похожим образом Китай пытается уйти и от стратегии роста на основе развития экспортной базы, которая была так популярна в этой и других Восточноазиатских странах. Данная стратегия поддерживала передачу технологий, которая помогала закрывать дыру в знаниях и быстро улучшала качество промышленных товаров. Рост, стимулируемый экспортом означал, что Китай имел возможность направить усилия на производство, не волнуясь о развитии внутреннего рынка.
Но глобальная негативная реакция уже началась. Даже страны, внешне являющиеся сторонниками конкурентоспособных рынков, не любят проигрывать в своей игре и часто фабрикуют обвинения в «нечестной конкуренции». Еще более важно то, что даже если рынки не будут полностью насыщены во многих секторах, все равно будет сложно поддержать темпы роста экспорта с двузначными числами.
Таким образом, кое-что должно измениться. Китай был вовлечен в так называемое «кредитное финансирование», обеспечивая деньги, помогающие покрыть огромные финансовые и торговые дефициты США, и позволяя американцам покупать товаров больше, чем они продают. Но это довольно своеобразное регулирование: относительно бедная страна помогает финансировать войну Америки с Ираком, а также обеспечивать резкое снижение налогов для самых богатых людей в самой богатой стране мира, в то время как огромные внутренние потребности подразумевают вполне достаточное пространство для расширения, как потребления, так и инвестиций.
Фактически, чтобы решить проблему реструктуризации экономики Китая от экспорта и ресурсоемких товаров, Китай должен стимулировать потребление. В то время как остальная часть мира изо всех сил пытается увеличить сбережения, Китай, со сберегательной нормой выше 40%, изо всех сил пытается заставить свое население потреблять больше.

Предоставление лучшего социального обеспечения (системы здравоохранения, образования и общенациональных пенсионных программ) могло бы уменьшить потребность в сбережениях «на всякий случай». Более открытый доступ к финансам для малых и средних предприятий также имел бы положительное воздействие. А «зеленые налоги» — такие, как налог на выбросы углерода — сместили бы структуру потребления, препятствуя энергоемкому экспорту.
Поскольку Китай уходит от стратегии роста на основе развития экспортной базы, ему придется искать новые источники динамизма в своих растущих рядах предпринимателей, что потребует приверженности к созданию независимой инновационной системы. Китай в течение долгого времени вкладывал огромные инвестиции в высшее образование и технологии. Сегодня он старается создать институты мирового уровня.
Но если Китай хочет иметь динамическую инновационную систему, то ему необходимо сопротивляться давлению западных правительств, направленному на принятие от части несбалансированных, но необходимых законов об интеллектуальной собственности. Вместо этого он должен следовать «сбалансированному» режиму интеллектуальной собственности, потому что сами по себе знания — являются самым важным вкладом в производство знаний. Плохо продуманный режим интеллектуальной собственности может задушить инновации, как это случилось в Америке в некоторых областях.
Западные технологические инновации слишком слабо сосредоточены на сокращении неблагоприятного экологического воздействия роста, и слишком сильно сосредоточены на экономии рабочей силы — чего в Китае имеется с избытком. Таким образом, для Китая имеет смысл сосредоточить свои научные разработки на новых технологиях, которые используют меньше ресурсов. Но важно иметь инновационную систему (включая систему интеллектуальной собственности), которая могла бы гарантировать, что успехи в знаниях широко используются. Для этого могут понадобиться инновационные подходы, весьма отличные от системы интеллектуальной собственности и основанные на приватизации и монополизации знаний, с высокими ценами и, следовательно, ограниченными выгодами.
Слишком много людей думают об экономике, как об игре с нулевой суммой, и что успех Китая достигается за счет остального мира. Да, быстрый рост Китая создает проблемы для Запада. Конкуренция вынудит некоторых работать напряженнее, чтобы стать более эффективными, или смириться с более низкой прибылью.
Но в реальности экономика — это игра с положительной суммой. Все более и более процветающий Китай не только расширил импорт из других стран, но и стал производить товары, цены на которые ниже, чем на Западе, несмотря на резко выросшие в последние годы цены на нефть. Это нисходящее воздействие на цены позволило западным центральным банкам проводить экспансионистскую валютную политику, укрепляя более высокие занятость и рост.
Мы все должны надеяться на то, что новая экономическая модель Китая будет удачной. Если это случиться, то все мы сможем извлечь из этого большую пользу. 

К содержанию