#7(18), июль 2007 года

Blackstone — удачный ход Китая

Дж. Брэдфорд ДЕЛОНГ, Project Syndicate

Когда Китайская национальная офшорная нефтяная компания попыталась купить американскую UNOCAL два года назад, это вызвало политическую бурю протеста в США. Когда Dubai Ports World выкупила британскую фирму P&:O Steam Navigation Company, ту, что P&O эксплуатировала порты США, привело к еще большему противоречию в Америке.
Можно было бы думать, что такая страна как США, с текущим дефицитом торгового баланса приблизительно в 800 млрд. долл. в год, должна понимать: подобное громадное внешнее сальдо можно финансировать только лишь продавая активы. А это означает, что иностранцы с деньгами будут приобретать и контролировать американский бизнес. Однако США, или по крайней мере, Конгресс и СМИ, этого не понимают. Американцы, очевидно, надеются на мир, в котором они могут иметь налоговую политику, беспомощно генерирующую дефицит, очень низкий уровень частных сбережений и умеренную норму вложений. И все это станет финансироваться иностранными инвестициями, владельцы которых будут радостно рисковать, не имея никакого контроля над своими активами.
Кто-то может подумать, что иностранные инвесторы будут дрожать от страха от таких условий и уклоняться от долларовых активов. Но такого не происходит. Высокие цены на нефть принесли ближневосточным странам, которые все еще стремятся хранить свои доходы в американских активах, огромные экспортные доходы. То же  происходит и в России, олигархи которой, подобно огромному государственному инвестиционному фонду, созданному министром финансов Алексеем Кудриным, также стремятся инвестировать свои доходы от нефти в США.
США остаются излюбленным импортером для правительств Азии во главе с Китаем. Ключ к их стратегии развития в том, чтобы обеспечить мигрантов из сельской местности работой. Они сомневаются, что альтернативная стратегия развития, основанная на повышении внутреннего спроса, могла бы иметь большой успех. Таким образом, реальные ценности их валют должны оставаться низкими по отношению к доллару. Это означает, что их резервы, которые сегодня инвестируются в США, должны и впредь расти.
Когда-нибудь, конечно, всему этому придет конец. Возможно, реальная ценность азиатских валют резко возрастет в результате взрыва инфляции в Азии. Возможно, доллар обрушится и произойдет взрыв инфляции в США. Тем более что Федеральное резервное управление полагает: временное снижение его ценового уровня является меньшим злом, чем последствия безработицы, которые последуют за крахом доллара и ростом процентной ставки.
Правительство, которое приобретает полисы страхования политических рисков, переводя постоянно растущие резервные активы в долларовые ценные бумаги, принимает меры против некоторых опасностей. Однако оно становится беззащитным перед другими рисками, особенно если ограничивает свои инвестиции в ту часть фондовых активов американского казначейства и высококачественных корпоративных облигаций, которую американские политики с легкостью готовы отдать иностранцам. Номинальные облигации не достаточно хорошо застрахованы от инфляции, а в долгосрочной перспективе активы, которые обмениваются на наличные деньги без эффективного контроля, очень уязвимы перед финансовыми стервятниками.
Предусмотрительные иностранные правительства и частные инвесторы могли бы найти способ диверсифицироваться, но каким образом? Покупка облигаций других стран означала бы отказ от сохранения реальной низкой стоимости валюты по отношению к доллару. Покупка целых предприятий приводит к недовольным высказываниям в американском Конгрессе. Что действительно необходимо, так это посреднические организации. Они предоставят определенный контроль иностранцам, сделают возможной диверсификацию расположенных в США активов в более широком диапазоне, и все же будут для американских политиков на 100% американскими.
Возьмите, к примеру, группу Blackstone. Инвестиции Китая в эту компанию, составляющие 3 млрд. долл., незначительны по сравнению с резервными активами этой страны в 1,3 трлн. долл. Эти вложения — капля в море, тестовое испытание. Поначалу Китай будет владеть малыми и косвенными долями собственности в очень многих американских предприятиях, и вполне вероятно, что это не вызовет никаких возражений. Китай получит возможность диверсифицировать риски, уменьшит ценовое давление, которое держало доходы в иностранных валютных резервах на низком уровне и сможет избежать политических неприятностей. Blackstone получит дополнительные наличные деньги на развитие и дополнительную прибыль.
Некоторые эксперты полагают, что негативная политическая реакция США на «скупку Америки» иностранцами является тем, что положит конец текущему положению глобальных несоответствий. Сделки, подобные инвестициям Китая в Blackstone, откладывают негативную реакцию, но вряд ли надолго: 3 млрд. долл. эквивалентны тому, что Китай накапливает в резерве менее чем за три рабочих дня.
Вслед за китайскими инвестициями в Blackstone возникает вопрос: как далеко может зайти этот процесс и сколько контроля в итоге останется у американских инвесторов?

К содержанию