#8(19), август 2007 года

Даешь регулирование!

Регулирование — это обычно грязное слово в мире бизнеса. Стандартная позиция в деловых лобби — добиваться, чтобы его было как можно меньше. Поэтому когда группа выдающихся корпоративных лидеров призывает к большему и лучшему регулированию для вознагражден

Элисон МЕЙТЛЕНД, Financial Times

Такой призыв прозвучал во время торжественной презентации результатов полуторагодичного исследования по изучению проблем глобальных компаний.
«В рамках закона, норм и соглашений существуют значительные недостатки. Они сводят на нет многие усилия, предпринимаемые для урегулирования глобальных вопросов, которые стоят перед компаниями и обществом», — отметили члены международной исследовательской группы, в которую входят председатели правления и директора таких компаний, как Alcan, Anglo American, BP, Ford, Infosys, Standard Chartered и Suez.
«Фискальным системам обычно не удается указать рынку стабильные направления, а субсидии зачастую не оправдывают своей цели. Компаниям следует использовать свою власть не для сопротивления, а для продвижения лучших международных соглашений и национальных законов. Полный творческий потенциал рынка может быть реализован только в том случае, если правительства, поддерживаемые компаниями, введут в действие эффективные кратко-
срочные системы регулирования и стимуляции», — также заявили они.
Выступая с речью во время торжественной презентации, Вольфганг Шнейдер, вице-президент по юридическим, правительственным и экологическим вопросам европейского отделения компании Ford, пошел еще дальше. По его словам, когда правительства путем регулирования попытались решить вопрос климатических изменений, они выдвинули минимальные условия, которые бизнесы должны соблюдать. «Если ответственные глобальные компании хотят процветать, правительства должны сделать больше. Вам необходимо придти к максимально амбициозным условиям и внедрить их во всем мире», — указал Шнейдер.
Почему транснациональные корпорации выступают за регулирование? Частично, из-за беспрецедентной комбинации давлений, которые заставили компанию Tomorrow’s Company инициировать исследование. Однако не только правительства, социальные активисты и потребители ожидают, что компании будут играть еще большую роль в решении глобальных проблем человечества. Компании также столкнулись с серьезными проблемами в связи с собственным выживанием и приемами ведения дел конкурентов из развивающихся стран, таких как Китай, Индия и Россия. И что ближе к дому — в связи с быстрым ростом частного капитала.
Однако прогрессивные компании также требуют защиты, поскольку ощущают расширяющуюся пропасть между ними и остальным миром. Они хотят извлечь выгоду, а не получить по голове за свои усилия. А те, кто серьезно относится к своим обязанностям, зачастую обнаруживают, что находятся под сильнейшим давлением инициативных групп и средств массовой информации, в то время, как молчаливые и менее разборчивые конкуренты держатся в тени.
Далее, когда они разговаривают с инвесторами о тех позитивных шагах, которые предпринимают, то сталкиваются с сомнениями и непониманием с их стороны. Риски и возможности, которые ассоциируются с социальными и экологическими вопросами, зачастую кажутся слишком далекими от краткосрочных забот фондовых рынков.
«Нам приходилось разъяснять акционерам наш подход к устойчивости», — говорит Мервин Дэвис, председатель правления банка Standard Chartered, где работают 60 тысяч сотрудников, большинство из которых — в развивающихся странах.

В связи с этим, такие компании стремятся к более жесткому международному регулированию, которое должно помочь им избежать ситуации, в которой соперники, не отягощенные социальными или экологическими издержками, получают несправедливое преимущество. Это как раз случай просветленного личного интереса. Их призыв — это часть более широких споров о будущем корпоративной ответственности в год важных вех.
В этом году отмечается 25-летие Business in the Community в Великобритании. Прошло также 20 лет с тех пор, как Brundtland Report определил «устойчивое развитие», и два десятилетия с момента создания SustainAbility, стратегической консультационной фирмы, которая находилась «на переднем фронте» этого развития.
В этом году также исполняется семь лет с момента выпуска Глобального договора Организации Объединенных Наций — манифеста компаний в защиту прав человека и экологической  ответственности. Для дальнейшей концентрации умов заключительная часть наиболее авторитетной ныне научной оценки глобального потепления, опубликованной межправительственной группой ООН по климатическим изменениям, содержит ультиматум о том, что до 2020 года мир должен развернуть вспять растущие масштабы выбросов газа, создающего парниковый эффект, и ликвидировать наиболее опасные последствия климатических изменений.
Подобные события поднимают вопросы о том, как много было достигнуто большим бизнесом и что еще предстоит сделать.
На этом фоне, ведущие компании ищут пути продления своей «лицензии на осуществление деятельности» и увеличения положительного влияния. «Речь идет не о филантропии или показе «добрых дел» компаний. Речь идет о действиях, которые служат долгосрочным интересам любой компании», — подчеркивается в отчете Tomorrow’s Company.
Кажется, что это очень далеко от понимания освобожденного капитализма в изложении Мильтона Фридмана, американского экономиста и Нобелевского лауреата в 1970-х годах.
Сегодня преобладающее большинство директоров компаний соглашаются, по крайней мере, на бумаге, с необходимостью баланса между созданием большей прибыли для инвесторов и служением на благо общества. Всего один из шести директоров компаний, опрошенных в глобальном исследовании McKinsey Quarterly в прошлом году, согласился с концепцией Фридмана о том, что единственная задача бизнеса — это увеличение прибыли.
Однако в ходе этого же исследования было обнаружено, что эти директора не были уверены в том, как выжать больше из этой широкой социальной роли. В нем говорится, в частности, что «многие рассматривают свое участие в корпоративном социальном контракте как риск, а не возможность, и откровенно признают, что бессильны в управлении этим более широким социальным и политическим вопросом».
Это подчеркивает отсутствие консенсуса. Такой разрыв между «самыми лучшими и остальными» объясняет расхождения между риторикой и реальностью корпоративной ответственности, которая подпитывает общественный цинизм по поводу бизнеса.
Несмотря на разговоры компаний об уменьшении их «углеродного следа», результаты недавно проведенного исследования руководства крупных компаний в Великобритании показывают, что всего 14% фирм имели четкую стратегию по решению этого вопроса. Треть видела в этих инициативах скорее управление репутацией, чем смягчение глобального потепления, а большинство отдавали высший приоритет узнаваемости бренда и маркетингу.
В отчете Headland, консультационной фирмы в сфере коммуникационных услуг говорится, что фондовые менеджеры тоже уделяют мало внимания климатическим изменениям при принятии решений по инвестициям, поскольку рассматриваемые последствия для них слишком долгосрочны. Что же касается инвестиционного сообщества, для него три года — это уже долгосрочный период.
Глобальным компаниям, которые готовы нести ответственность, сократили объемы работ. Они не только должны убеждать правительства и потребителей, что им можно доверять, но и разъяснять инвесторам и другим компаниям, почему корпоративная ответственность полезна для итоговой строки.
Следует отметить, что это лишь начало смещения акцента с краткосрочной результативности в сторону долгосрочных инвестиций. Все больше и больше институциональных инвесторов в принятии решений начинают учитывать социальное и экологическое влияние своей деятельности.
Блюстители корпоративной ответственности «ухватились» за публикацию так называемых принципов Аспена — серию руководств, разработанных коалицией США, которая включает транснациональные корпорации, профессиональные союзы и институциональных инвесторов. Согласно этим принципам, руководство по квартальным прибылям должно быть отменено в пользу долгосрочных мер результативности. В них также говорится, что компенсация руководству и фондовым менеджерам должна быть основана на достижении долгосрочных целей.
Главный мотив, который стоит за всеми этими принципами — создание лучших условий для американских компаний в борьбе с конкурентами из стран с быстрорастущими и дешевыми экономиками, позволив им сконцентрироваться на горизонте, вместо того, чтобы все время нервно оглядываться назад. Хотя, в общем, они, конечно же, должны поощрять основных институциональных акционеров видеть ценность в долгосрочных социальных и экологических инвестициях.
Все разработки и призывы к лучшему регулированию подразумевают изменение условий, в которых функционирует капитализм, но это требование чрезмерное. Во время торжественного открытия Джон Элкингтон, основатель SustainAbility, спросил: «Как лучше обеспечить изменение системы: заставив сегодняшнее руководство или реформы должны прийти извне существующей системы?»
Корпоративные лидеры, призывающие к изменениям, говорят, что хотят «расширить пространство», в котором растет и развивается бизнес, чтобы играть более сильную и активную роль в обществе. Они также акцентируют внимание на том, что будут работать с другими компаниями, правительствами, неправительственными и международными организациями. Но критики, которые считают, что бизнес и так держит всю власть в своих руках, могут восстать от мысли еще большего расширения его влияния.
По мере того как реформирующиеся компании пытаются раздвинуть границы корпоративной ответственности, им следует продвигаться особенно осторожно.

К содержанию