#9(20), сентябрь 2007 года

Час расплаты для Америки

Пессимисты, долгое время предсказывавшие, что американскую экономику ожидают серьезные проблемы, похоже, добились признания

Джозеф СТИГЛИЦ, Project Syndicate

Конечно, в падении цен на акции в результате растущего числа невыплат по ипотечным закладным радости мало. Однако подобный исход в целом был предсказуем, равно как и возможные последствия для миллионов американцев, стоящих перед лицом финансовых проблем.
Эта история берет начало со спада 2001 года. При поддержке председателя Федерального резерва Алана Гринспена президент Джордж Буш осуществил свою политику сокращения налогов, призванную принести выгоду самым богатым слоям населения Америки, а не вывести экономику из состояния спада после краха  интернет-пузыря. Принимая во внимание эту ошибку, у ФРС практически не было выбора для выполнения своего мандата поддержания роста и уровня занятости: он понизил ставки до 1%.
Эта политика дала результаты, однако они совершенно отличались от обычных последствий кредитно-денежной политики. Обычно низкие процентные ставки поощряют компании занимать больше для наращивания инвестиций. А более высокий уровень задолженности компенсируется ростом производительности активов.
Однако, принимая во внимание то, что избыток инвестиций в 1990-х годах был частью проблемы, приведшей к экономическому спаду, понижение процентных ставок не вызвало существенного роста вложений. Экономика росла, но главным образом оттого, что семьи убедили брать больше в долг, рефинансировать ипотечные закладные и тратить часть полученных денег. В то время как стоимость недвижимости из-за более низких процентных ставок увеличивалась, американцы могли игнорировать растущие долги.

Фактически, даже это не стимулировало экономику в достаточной мере. Чтобы больше людей могли брать взаймы, стандарты выдачи кредитов были понижены. Это вызвало рост закладных категории «сабпрайм» — ипотеки для заемщиков с низким уровнем кредитоспособности. Более того, были разработаны новые механизмы, позволившие снизить авансовые платежи, что позволило людям брать более крупные займы.
У некоторых ипотечных закладных даже была негативная амортизация: выплаты не покрывали проценты, так что долг увеличивался с каждым месяцем. Ипотека с фиксированной 6-процентной ставкой была заменена закладными с переменной ставкой, где выплаты процентов были привязаны к более низким ставкам срочных долговых обязательств Казначейства США, так называемых
T-bills. Эти «дразнящие ставки» позволяли установить еще более низкий уровень выплат в течение первых нескольких лет. Они завлекали людей, играя на отсутствии у них финансовых знаний. Люди попросту не понимали, чем это может обернуться в будущем.
Алан Гринспен способствовал увеличению риска, поощряя закладные с переменной процентной ставкой. В феврале 2004 года он отметил, что многие домовладельцы могли бы сэкономить десятки тысяч долларов, если бы брали закладные с переменной, а не фиксированной процентной ставкой. Однако действительно ли Гринспен ожидал, что процентная ставка так и останется на уровне 1%? Разве не должен он был подумать о том, что случится с бедными американцами, имеющими закладные с переменной процентной ставкой, если ставки увеличатся?
Конечно, поведение Гринспена говорило, что под его контролем экономика была в лучшем состоянии, чем при ком-либо другом. Однако неустойчивость такого роста была всего лишь вопросом времени. К счастью, большинство американцев, проигнорировав совет Гринспена, не переключилось на закладные с переменной процентной ставкой. Даже после начала роста процентных ставок на краткосрочные займы час расплаты был отсрочен, поскольку новые заемщики могли взять закладные с фиксированной ставкой под низкие проценты. Удивительно, что, несмотря на рост ставок на кратко-
срочные займы, процентные ставки на средне- и долгосрочные займы не повышались, что часто называли загадкой. Одна из гипотез гласит: иностранные центробанки, накопившие триллионы долларов, наконец, поняли, что, скорее всего, будут удерживать резервы на протяжении многих лет и могут позволить себе вложить, по крайней мере, часть этих денег в среднесрочные казначейские билеты США, изначально приносившие большую прибыль, чем T-bills.

Мыльный пузырь цен на недвижимость, в конце концов, лопнул, и некоторые люди обнаружили, что закладные превышают стоимость домов. Другие поняли, что в результате роста процентных ставок просто не могут продолжать выплаты по закладным. Слишком много американцев не оставили в своем бюджете никакого запаса, и компании, занимающиеся выдачей ипотечных закладных, не поощряли их делать это, сосредоточившись на доходах от привлечения новых клиентов.
Так же, как была предсказуема недолговечность мыльного пузыря недвижимости, прогнозируемы и его последствия: жилищное строительство и продажи существующей недвижимости идут на спад, а торговля домашним инвентарем — на подъеме. По некоторым подсчетам, более двух третьих роста производства и занятости на протяжении последних шести лет были связаны с рынком недвижимости, отражая как жилищное строительство, так и обеспеченные недвижимостью дополнительные закладные, которые  поддерживали потребительский бум.
Мыльный пузырь недвижимости привел к тому, что американцы стали жить не по средствам — показатели сбережений были отрицательными на протяжении двух лет. Отключив этот двигатель роста, трудно представить, как американская экономика может избежать замедления и спада. Возвращение к фискальному здравомыслию будет правильным в долгосрочной перспективе, но в краткосрочной — сократит валовой спрос.
Есть старая пословица: ошибки людей продолжают жить долгое время после их ухода. Это верно в отношении Гринспена. В случае с Бушем все иначе: за его промахи мы начинаем расплачиваться уже сейчас. 

К содержанию