#11(22), ноябрь 2007 года

Терпение, справедливость и человек

Обезьяны способны быть терпеливыми, но только люди справедливы. Это помогает понять, почему человеку удалось подняться на ступеньку выше

Economist

Люди любят каталогизировать черты, которые, как они считают, характерны для их вида. Некоторые, например, речь, очевидны. Другие – терпение и чувство справедливости – более утонченны. Однако эти качества не врожденные, а приобретенные. К тому же они эволюционировали, и чтобы понять эволюцию, полезно узнать генетические основы и порядок, в котором они развивались.
Один из способов изучения этих вопросов – сравнить людей с их ближайшими родственниками – шимпанзе. Другой способ – сравнить их между собой. Три недавних исследования, пролили свет на эволюцию терпения и справедливости. Оказывается, терпение старше, чем справедливость. Также получается, что склонность к справедливости у разных людей зависит скорее от генетики, чем культуры.
Суть терпения – в способности оттягивать удовольствие в предвкушении более крупного окончательного вознаграждения. В прошлых исследованиях степени, в которой животные могут оттягивать удовольствие, были задействованы птицы и обезьяны. Обе группы действительно могут оттягивать удовольствие, если ожидают большего вознаграждения, но лишь на несколько секунд.
Птицы, однако, довольно дальние родственники человека, и даже обезьяны похожи на него только отчасти. В «Современной биологии» Марк Хозер и его коллеги из Гарвардского университета проводят прямое сравнение шимпанзе и человека. Оказывается, и те, и другие могут быть в высшей степени терпеливыми. Более того, шимпанзе более терпеливы, чем люди.
Людям, участвовавшим в эксперименте доктора Хозера, разрешалось выбирать предпочитаемое угощение, например, изюм или шоколад. Шимпанзе просто предложили виноград, который им обычно нравится. Во всем остальном условия эксперимента были идентичными. Испытуемые должны были выбрать: один набор сладостей немедленно или три набора спустя три минуты. Как выяснилось, шимпанзе практически в четыре раза более склонны ждать большего вознаграждения, чем люди. Это доказывает не только то, что терпение возникло еще до разделения вида на людей и шимпанзе, произошедшего около 4 миллионов лет тому назад, но что оно также более характерно для шимпанзе, чем для людей.
Совсем другая история относительно справедливости. Экономическая теория изобрела вид, который она называет Homo economicus – «рациональный максимизатор», который хватает для себя все, что может. Любопытно, но этот вид не появляется в классическом экономическом эксперименте – игре «Ультиматум». В ней два участника – предлагающий и отвечающий – должны разделить вознаграждение: торт или наличные. Игра носит такое название, потому что предложение делается в виде ультиматума. Принимающий может либо принять разделение, либо отказаться от него. Если он отказывается, оба игрока остаются ни с чем.
Homo economicus, по идее, должен согласиться на любое разделение, которое не является нолем, но все происходит иначе. Игра «Ультиматум» проводилась много раз в различных странах. Общий результат: люди отказываются от своей доли, если она ниже 20% – очевидно, чтобы наказать пожадничавшего предлагающего. Люди не ведут себя как Homo economicus. Они начинают выступать арбитрами справедливости.
Чтобы узнать, разделяют ли шимпанзе чувство справедливости, Кит Дженсен и его коллеги из отдела эволюционной антропологии Института Макса Планка в Лейпциге, нашли способ заставить шимпанзе играть в эту игру. Они разместили подносы недалеко от клеток с животными. На каждом подносе было десять изюминок, по-разному поделенных между двумя горшками – восемь и две или пять и пять. Одному шимпанзе была отведена роль предлагающего. Он мог выбирать один из подносов, расположенный на полпути до клетки, подтягивая его на веревке. Принимающий затем мог с помощью палки подтянуть поднос таким образом, чтобы оба участника могли достать изюминки – каждому по горшку. Если отвечающий решал не подтягивать поднос ближе в течение минуты, предложение считалось отвергнутым, а игра завершенной.
Результат, о котором доктор Дженсен сообщает в Science, состоит в том, что шимпанзе наиболее рациональные максимизаторы – Pan economicus, если хотите. И хотя предлагающие систематически выбирали самое большое возможное количество изюминок для себя, принимающие редко отказывались даже от самого скупого предложения.
Этот результат говорит сам за себя. Некоторые исследователи в области эволюции человека считают, что чувство справедливости и желание наказать несправедливость даже в ущерб себе – это прерогатива человечества. Это черта, которая позволяет формироваться большим социальным группам. Без этого они были бы попросту разрушены «халявщиками», так как честная игра не имела бы ценности. Предыдущие эксперименты Дженсена показали, что шимпанзе желают наказать настоящих воров. Однако эти новые данные придают вес теории, утверждающей, что более утонченная идея справедливого дележа, которая подчеркивает сотрудничество, появилась у человеческого вида только после того, как предки двух видов разделились.
В соответствии с третьим исследованием, чувство справедливости не зависит от культуры. Оно, скорее, носит генетический характер и должно быть таковым, чтобы сохраниться в поколениях. Однако парадокс в том, что не все обладают им в равной степени.
Как отмечают в своем труде Бйорн Уоллес и его коллеги из Стокгольмской школы экономики, это было продемонстрировано в исследовании особенностей игры «Ультиматум» между близнецами. Они использовали классический трюк нейтрализации эффекта воспитания и выделения эффекта генетики, сравнивая двух однояйцовых близнецов, у которых все гены одинаковы, с разнояйцовыми близнецами, у которых совпадает половина генов.
В каждой паре один близнец играл роль и предлагающего, и принимающего. В случае с однояйцовыми близнецами доктор Уоллес обнаружил удивительно одинаковую корреляцию поведения предлагающих и принимающих при смене ролей. Другими словами, их чувство справедливого разделения было схожим. Такие корреляции не были обнаружены в поведении разнояйцовых близнецов.
Кроме доказательства генетической основы чувства справедливости, результат эксперимента поднимает вопрос: почему чувство справедливости настолько изменчиво? Возможно, в общей массе справедливого населения процветают несправедливые, а среди несправедливых в лучшем положении оказывается справедливый. В результате, должен установиться баланс, при котором разное отношение к справедливости сбалансировано. Однако объяснение этого явления – предмет уже совсем иного исследования. 

К содержанию